Карта казачьих отделов ККВ
Версия для печати

К 90-летию элеваторного хозяйства Кубани

12.12.2012. Количество просмотров: 289

Г.И. Рослаева,
главный специалист
ГУ «Государственный архив
Краснодарского края»

 


Золотой колос Кубани и его закрома


Наша родная Кубань – основной поставщик лучших в стране зерновых культур, особенно – известных всему миру великолепных сортов пшеницы. Для хранения зерна и последующего его распределения и торговли нужна хорошо отлаженная элеваторная система. Когда-то её впервые нужно было создавать. Особенно в ней нуждалась Кубанская область – прославленная житница России во все времена.

Впервые правительство России проявило заинтересованность и взяло на себя заботу о создании элеваторной системы в России в 1910 г. И вопрос о необходимости сооружения зернохранилищ, до того остававшийся лишь в форме благих пожеланий, переместился в плоскость практических мероприятий.

25 ноября 1910 г. состоялось постановление Совета министров, согласно которому сооружение элеваторов передавалось Государственному банку – для осуществления хозяйственно-служебных мер, «полезное значение коих для отечественной хлебной торговли и производителей хлеба не требует, конечно, доказательств». (Строки из этого постановления.) Впервые же элеваторный вопрос возник в 1882 г. – при обсуждении правительством предложений Русско-Американской компании об оборудовании России сетью элеваторов. Но тогда это предложение было отвергнуто: опасались вторжения частного иностранного капитала в такую стратегическую область, как хлебная торговля.

В период с 1910 по 1917 гг. на Юго-Востоке России с помощью усилий Государственного банка была создана сеть из 47 элеваторов. До 1917 г. Россия производила около 5 млрд. пудов хлеба в год – занимала второе место в мире по производству хлеба, первое – по его экспорту – свыше полумиллиарда пудов!

Образованное после Октябрьской революции в Екатеринодаре Кубанское краевое правительство понимало: хоть деятельность Госбанка России приостановлена, откладывать решение столь коренных проблем, как хлебная торговля, нельзя. В условиях политических и экономических преобразований необходимы были новые почины в возрождении элеваторного дела. И они не заставили себя ждать.

28 марта 1918 г. в помещении Законодательной рады состоялся доклад управляющего ведомством финансов Кубанского краевого правительства барона Тизенгаузена. В нём предусматривались сооружение в крае сети зернохранилищ, организация элеваторного совета.

В начале доклада дан анализ функционирования элеваторной системы в Соединенных Штатах Америки. Отмечено наличие промежуточных зернохранилищ, мелких элеваторов, перегрузочных амбаров. Обращено внимание на формы продажи зерна и расчетов за него. Даны определения терминальным и портовым элеваторам, проанализирована их роль в хлебном потоке, в назначении хлебной инспекции – составной части элеваторной системы. В задачу инспекций входили исследование зерна, поступающего на рынок, определение его сорта и качества – его классификация.

Ещё одна составляющая элеваторной системы – торговый аппарат. Торговля зерном в Соединенных Штатах, отметил Тизенгаузен, проводится почти исключительно путём передачи права собственности на варранты. Варрант – документ, удостоверяющий право собственности определённого лица на партию зерна, установленного хлебной инспекцией и элеваторной администрацией. Во избежание злоупотреблений варранты регистрируются в правительственных органах. Они имеют все признаки ценных бумаг, свободно обращаются на биржах, служат объектами купли, продажи, залога в банке.

И ещё одна тенденция хлебного бизнеса в Штатах отмечена в докладе барона Тизенгуазена: возможность для крупного капитала использовать элеваторную систему в своих интересах, монополизируя хлебную торговлю в своих руках.

Эти обстоятельства побудили американских фермеров к организации совместного сбыта хлеба, к постройке собственных кооперативных зернохранилищ. Они имели все данные для постепенного вытеснения элеваторов, принадлежащих железнодорожным компаниям и частному капиталу.

В докладе отмечалось: эксплуатация элеваторов в частных руках не позволяла правительству защищать интересы производителей, поэтому потребовался ряд правительственных актов, которые закрепили за правительством такие функции:

1. организация инспекции зерна,
2. выдача разрешений на постройку элеваторов и надзор за ними,
3. правительственная регистрация элеваторных свидетельств,
4. регулирование деятельности хлебных бирж.

Эти данные об элеваторных системах в Штатах позволяют понять, почему русское правительство, решившее предпринять коренную реформу хлебной торговли, создание элеваторной системы в России, предоставило ее Государственному банку.

Первая строительная программа элеваторной сети распространялась на Юго-Восточную часть России. В том числе – и на Кубанскую область. Уже в начале эксплуатации первых элеваторов стало ясно, что элеваторная система только тогда может приносить ожидаемые выгоды, когда одновременно с линейными и терминальными элеваторами будут строиться портовые в выходных пунктах. При существовавшей системе хлебной торговли не было гарантий, что зерно и в конечном пункте своего назначения будет оставаться того же качества и типа, каким оно было выпущено из внутренних элеваторов.

Элеваторы, возводимые Госбанком, строились при ж.-д. станциях, речных пристанях и морских портах. Они собирали зерно из окружающих районов.

Вот как объяснялось устройство элеватора. Для нас ныне очевидное, тогда оно требовало популяризации:

«Каждый элеватор должен состоять из башни, управляющей движением зерна, и силосного корпуса, предназначенного для хранения зерна. По способу транспортирования зерна в пределах элеватора последний может быть самотечным, когда поднятое кверху зерно перемещается по трубам самотёком без применения механической силы, и пассовый, когда зерно в горизонтальном направлении перемещается с помощью движущихся бесконечных лент. По способу хранения зерна элеваторы могут быть силосные, этажные и смешанные. Этажные элеваторы строятся только в исключительных случаях, в виду невыгодности их в экономическом отношении, почему Банк устраивал элеваторы силосного типа.

Силосный тип это такой, при котором закрома устроены в виде нескольких рядов глубоких ячеек (до 10 саж.), вместимостью от 3 до 25 вагонов. Засыпка зерна производится сверху, выпуск же зерна – снизу, через устроенное в виде воронок в днище силосов. Подобное устройство закромов создаёт лучшие условия для хранения зерна и для производства различных с ним операций.

Обыкновенно в элеваторах зерно подаётся в верх башни, где оно взвешивается и направляется, пройдя ряд машин, в силосы – для хранения, или в отпускные закрома – для отгрузки».

В функции элеваторов входит грубая очистка зерна и его сушка. Близость портов и развитое земледелие позволили Государственному банку выработать программу элеваторного строительства на Кубани. Осуществлению её помешала Первая мировая война. Кубанская пшеница заслуженно пользовалась репутацией одной из лучших пшениц. Она охотно покупалась русскими и иностранными мукомолами.


«Сбор хлебов и размер свободных остатков выражается следующими цифрами по средним данным за 1909–1913 гг.

Наименование
областей
Посевная
площадь      
Население    Продовольст
-венная
норма              
Сбор 
хлебов         
Свободный
остаток 
Кубанская  32990,6 2731   87503  186263  98760
Терская  820,4 1214,7  31254  44589  13335
Ставропольская  2176,1 1273,4  37643  78978  41335
Южная часть
Войска  Донского     
 3090,3 2263,4  67770  130632  62862
Итого:  9077,4 7482,5  224170  440562  216292

 

Из цифровых данных означенной таблицы видно, что свободный остаток зерна в рассматриваемом районе достигает 216 1/4 млн. пуд. Для сравнения небезынтересно отметить, что свободные остатки зерна, поступающего из района 8-ми Юго-восточных губерний, где выстроена первая элеваторная сеть, исчисляется в 211 млн. пуд».

«Экспортируемый хлеб распределялся между Новороссийском, работавшим круглый год, и между Ростовом, Азовом, Ейском, Ахтарями и Темрюком, где навигация длится от марта по декабрь.

По средним данным вывоза хлеба в зерне за четырехлетие 1910–1913 гг. на долю Новороссийского порта приходилось 33,7 % всего отпуска, на долю Ростова – 4 %, Ейска – 6,4 %, Темрюка – 5,3 %, Азова – 4,7 %, Ахтари – 3,6 % и т.д.».

«Осенью 1917 г. Временное правительство предложило Отделу зернохранилищ эвакуироваться из Петрограда, причём вполне естественно, что выбор места эвакуации пал на Екатеринодар, а не на какой-либо другой город, так как здесь Отдел зернохранилищ был в состоянии при малейшей возможности приступить к осуществлению намеченной программы.

Прибыв на место назначения, Отдел зернохранилищ убедился, что жизнь на Кубани ушла настолько вперед, что намеченные за три года перед тем предположения по элеваторному вопросу отстали от действительности. Особенно обратили на себя внимание два факта – развитие кооперации и намечаемое в широком масштабе железнодорожное строительство. Эти два обстоятельства должны самым существенным образом отразиться на элеваторной сети, поэтому Отдел решил вновь пересмотреть программу и попутно изучить на месте постановку хлеботоргового дела и условий, в которых находится земледельческий промысел».

«На основании данных сельскохозяйственной переписи были подсчитаны посевные площади всех производительных районов Кубани, охватывающих 267 населённых пунктов. Затем был определён нормальный сбор хлебов, выведенный по средней урожайности за последнее десятилетие, далее было подсчитано количество населения рассматриваемых местностей, потребный размер хлеба на продовольствие и установлены размеры свободных к вывозу остатков».

Вырисовывается такая картина: «Все 267 селений распахивают 2,8 млрд. пудов; из этого количества уходит на обсеменение, кормовую и продовольственную потребности 83 млрд. пудов, и таким образом свободные к вывозу остатки выражаются в сумме 124 млрд. пудов зерна».

В 1918 г. на Кубани оказалось около 50 пунктов естественного тяготения к сбору зерна, расположенных по линии железных дорог. Начато проектирование новых дорог – чтобы они могли способствовать оттоку части поступающего хлеба от старых пунктов, в силу более выгодного их расположения.

Параллельно с этой работой предполагалось начать изучение качества и свойства кубанского зерна – чтобы иметь возможность приспособить элеваторы к индивидуальным свойствам хлеба. Было собрано более 600 образцов местного хозяйственного зерна урожая 1918 г. Анализы показали заражённость пшеницы головнёй; заражение в отдельных случаях составляло 12 %; отмечалась засорённость примесями; из вредителей преобладали долгоносики и хлебная моль.

Поэтому при проектировании крупных элеваторов на них предусматривались устройства для лечения зерна.

Схема движения зерна, предлагаемого для продажи, складывалась так: хлеб из производительных районов Кубани стягивался к ж.-д. пунктам; здесь могли происходить мелкие закупки зерна – незначительными партиями; хлеб на них долго не задерживался. Далее хлеб поступал на распределительные пункты – главным образом расположенные на пересечении железных дорог. Здесь он задерживался на более продолжительное время – до образования крупных партий и в ожидании конъюнктуры того или иного рынка.

Ещё меньшим числом ограничивались крупные рынки – на них зерно представлялось уже в готовом виде; в первую очередь – это порты.

В портовых элеваторах торговля зерном не предусматривалась. Они предназначались преимущественно для перегрузки зерна на пароходы. Но, учитывая сложившиеся в эти годы внутриполитические особенности в Кубанской области, порты длительное время оставались хлебными рынками.

Крупные распределительные и хлеботорговые пункты в то время – Екатеринодар, Армавир, Ейск. Ёмкость Екатеринодарского элеватора предполагалась в 2 млн. пудов в год; Армавирского – в 1,5 млн. пудов в год; хлебооборот Ейского порта предполагалось довести до 33 млн. пудов зерна. Принималось во внимание, что хлеб будет поступать из Ставропольской губернии; и поскольку большая часть этого хлеба должна проходить через элеватор не задерживаясь, его ёмкость определялась в 3 млн. пудов.

Для дополнительной очистки и подсортировки зерна на элеваторах устанавливались простейшие очистительные машины – сепараторы. В случаях, когда требовалась более тщательная переработка зерна, она могла производиться только на терминальных элеваторах. Поэтому Кубанское краевое правительство пришло к заключению: необходимо построить 4 оборудованных элеватора, близко подходящих по типу к терминальным – в ст. Сосыка, Ея, Славянская и Каневская; но в Каневской, в отличие от других, элеватор мог быть назван сборно-линейным.

Простые линейные элеваторы предполагалось устроить на 32 промежуточных станциях. С расчётом, чтобы они могли обслуживать весь производительный район земледельческой Кубани.

На железнодорожных станциях Тихорецкая и Кавказская существовали свои железнодорожные элеваторы, и проектирование других не предусматривалось. Как и в портах Ахтари и Темрюк – в силу их недооборудованности и незначительного количества вывозимого из них хлеба.

Порты Новороссийска и Туапсе находились за пределами границ Кубанского края. Но отметим: в Новороссийске был один из крупнейших элеваторов России, а в Туапсе намечалась постройка железнодорожного элеватора.

Производство продовольственного зерна на Кубани требовало сооружения для него лечебниц. Это не могло быть практически осуществимо, и нужно было находить другие способы постепенного оздоровления зерна – путём ежегодного частичного вылечивания семенного хлеба.

Чтобы элеваторная система действовала безотказно, определённая роль в ней отводилась хлебной инспекции: ей вменялся инспекторский надзор. При портовых и терминальных элеваторах предполагалось учредить инспекционные пункты – с лабораториями, с подготовленными инспекторами по сортировке и классификации зерна. Для линейных элеваторов работа могла сводиться к минимуму, ограничиваясь определением типа зерна и степени его засоренности.

Выстраивалась такая элеваторная система на Кубани: 1 портовый элеватор, 2 терминальных, 4 сборно-линейных, 32 линейных; и перегрузочные приспособления в 8 пунктах.

Создание элеваторной сети в Кубанском крае потребовало бы около 27 млн. р. (по расчетам 1905–1906 гг.). Расходы по её эксплуатации определялись из расчета 1 р. 50 коп. на пуд ёмкости сооружённых элеваторов. Доходы от эксплуатации элеваторной сети полностью покрывали бы её содержание, а при правильных ставках обещали значительную прибыль.

В 1918 г. расходы по сооружению элеваторов принимал на себя Госбанк за счёт своих прибылей. В будущем вопрос об изыскании средств для обустройства Кубанского края сетью элеваторов должен был решаться Краевым правительством.

Закон об элеваторной сети был принят Законодательной радой 13 июня 1919 г. Ведомство финансов и элеваторный совет приступили к приобретению земельных участков под элеваторы, строительных машин, материалов для обеспечения широкого фронта работ.

…90 лет отделяют нас от времени, когда были основаны первые элеваторы на Кубани. Сегодня наш зерновой край располагает сетью из 49 элеваторов. Как исполины, они стоят на всех крупных железнодорожных ветках региона. Кубанская пшеница имеет высокие мукомольные показатели и пользуется большим спросом на зерновых рынках России.

В начале 2000 г. группа авторитетных учёных и специалистов проводила независимое обследование финансового и технического состояния предприятий хлебопродуктов Краснодарского края. Положение было признано требующим безотлагательных мер по обновлению производственных фондов предприятий. После волны приватизации элеваторов и перехода их в частные руки они утратили статус стратегически важных государственных объектов. Состояние хлебоприёмных предприятий ухудшилось.

Если раньше зерно на элеваторах перерабатывалось, хранилось и перераспределялось по всей стране, то после приватизации элеваторы утратили часть своих функций – они уже не могли быть заготовителями зерна с неограниченной кредитной линией от государства, стали просто хранилищами зерна… Элеваторы смогли оказывать услуги, которые оплачивал сам производитель зерна, и они оказались недешёвыми: только на эти деньги могли существовать громады-элеваторы при непрерывно растущих ценах на энергоносители.

Есть и счастливые исключения – элеваторы, которые продолжали оставаться в коллективной собственности. Сегодня их меньше десятка: Славянский, Краснодарский, Тихорецкий, Армавирский, Курганинский, Лабинский и некоторые другие.

На снимках Новороссийский амбар-элеватор объёмом 3 млн. пудов зерна, построенный в 1894 году, не имел себе равных не только в России, но и в Европе. Элеватор состоял из 2-х силосных корпусов, в центре которых находилась башня элеватора в 9 этажей. Общая длина сооружения 160 м, ширина – 30 м, высота силосных корпусов 30 м. Элеватор обслуживала электростанция трехфазного тока мощностью 1260 кВт, что позволяло механизировать приемку, хранение и погрузку зерна на пароходы. Стоимость строительства составляла 2 млн. 530 тыс. руб.

От элеватора к эстакадной пристани, которая являла собой красивейшее 2-х этажное сооружение, вела крытая транспортная галерея и, достигнув берега моря, разветвлялась к двум пристаням, где зерно загружалось прямо в трюмы пароходов через магистральные транспортеры.

На нижнем ярусе 2-х этажной эстакады были уложены рельсовые пути для подачи вагонов к пароходным причалам. Нагруженный зерном поезд подходил к причалам эстакадной пристани и зерно, под действием собственной тяжести поступало в трюмы судов. Одновременно могли загружаться 4 парохода.
Новороссийский элеватор – это уникальное сооружение, вызывал восхищение окружающих и желающим разрешался доступ для его осмотра.

Институт зерна нашего края подтверждает: износ мощностей элеваторов с каждым годом увеличивается, потребность в услугах элеваторов падает, т. к. увеличивающаяся плата за аренду земли, налог на имущество в конечном итоге ложатся на производителя. Ему уже не обязательно отвозить зерно на элеватор, хранить его там, т. к. при прекращении госзакупок выращенное зерно можно прямо с поля продавать зерновым компаниям и посредникам или хранить его временно в неприспособленных для этих целей амбарах. Если в середине 1990-х годов общая ёмкость элеваторов края составляла 5,8 млн. тонн, сегодня – даже при больших урожаях – загруженность одних элеваторов 35 %, других – до 90 %; в зависимости от региона – там, где есть близость портов, зерно поступает, минуя услуги элеваторов. 

Но и сами удачно расположенные элеваторы становятся товаром. Цена на них растёт – и особенно в тех случаях, когда изначальная цена была искусственно (нередко – преступно) занижена.

Утрачена и ещё одна функция элеваторов: учёт всего выращенного в крае зерна. Часть зерна реализуется на «чёрном рынке». Ликвидирована Государственная хлебная инспекция – орган, занимавшийся зерном и хлебом профессионально. В его функции входил контроль за качеством, количеством и технологией хранения зерна. И находилась инспекция при правительстве России. И осуществляла порядок на зерновом рынке.

В нынешних условиях такой порядок возможно поддерживать с помощью зерновой биржи. Её рациональность позволяет делать прозрачными зерновые потоки, цены, качество и количество зерна. Она даёт информацию, необходимую для принятия государственных стратегических решений.



Литература и источники


1. ГУ ГАКК. Фонд Р-767, опись 1, д. 2, д. 9, д. 11
2. Газета агробизнеса «Крестьянские ведомости» – 2002, 2005.
http://www.agronews.ru/articleview.ru
3. Публикация Краснодарского отделения «Каргилл-Юг»: Брюховецкий элеватор. Каргилл Энтерпрайзис, Инк. 2007.

Сборник материалов IX международной научно-практической конференции «Федор Андреевич Щербина, казачество и народы Северного Кавказа: история и современность» (г. Краснодар, 27 февраля 2009 г.). – Краснодар: ИМСИТ,2009.

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел: Земледелие, животноводство // Из истории сельского хозяйства

Рейтинг@Mail.ru