Карта казачьих отделов ККВ
Версия для печати

К истории организации полковых библиотек в Кубанском казачьем войске

04.03.2011. Количество просмотров: 461

А. Слуцкий (Краснодар)
 

 
Публикаций и исследований, посвященных полковым библиотекам Кубанского казачьего войска, практически не было. Не упоминались они и в фундаментальных трудах И. Д. Попки, Е. Д. Фелицина, П. П. Короленко, Ф. А. Щербины по истории войска. В то же время в формировании культуры Кубани они сыграли особую роль, и без понимания этой роли невозможен анализ становления профессиональной культуры края (Слуцкий А. . К истории организации полковых библиотек в Кубанском казачьем войске // История библиотек дореволюционной России. Становление и развитие. Тез. сообщений.- Спб.,1994.- С.55-59.).

В 1853 году Я.Г. Кухаренко в ответе Г.Р. Эристову писал, что ни одной библиотеки в войске нет (ГАКК. Ф. 249. Оп. 1. Д. 2877. Л. 4.).  Циркуляр об открытии войсковых библиотек появился в 1863 году, в 1864 году в войске уже функционировали три окружные, семь бригадных, семь полковых и одна батальонная библиотека.

Первоначально принципы организации полковых библиотек в Кубанском казачьем войске не отличались от принципов организации полковых библиотек регулярной армии: тот же «процент с рубля» на комплектование, тот же неизбежный административный контроль над комплектованием фонда. Впрочем, сразу начали проявляться и особенности. В отличие от библиотек регулярных полков, которые оставались библиотеками закрытого типа, библиотеки казачьих полков сразу открывались как общественные.

Н. Абельдяев необходимость организации полковых библиотек регулярной армии аргументировал спецификой кавказской службы, тем, что «офицер на Кавказе чаще всего лишен общественной жизни, в перерывах между экспедициями ничем не занят, единственное, что ему остается – это книги» (Абельдяев Н. Полковые библиотеки на Кавказе // Военный сборник.- 1859.-Т.7.-С. 419). По отношению к казаку или офицеру казачьих войск эти аргументы были совершенно «неработающими». Проблем избытка досуга у казака просто не было, скорее наоборот, казак страдал от нехватки свободного времени. В перерывах между экспедициями и лагерными сборами он жил в своей станице или на хуторе, был занят ведением собственного хозяйства. Его дети сразу приписаны к казачьему сословию. Заботу об их образовании, здоровье, воспитании в те времена принимало на себя войско. 

В циркуляре от 21 октября 1863 года Наказной атаман Н.Ф.Сумароков-Эльстон подчеркивал, что главная задача полковых библиотек: дать «...всем желающим возможность читать периодические издания и произведения лучших русских авторов и тем удовлетворить необходимой потребности образованного общества и содействию развития в низших слоях общества стремления к грамотности...». И тут же предписывал: «… с начала предстоящего года в каждом округе и бригаде открыть общественную библиотеку под названием окружных и бригадных» (ГАКК. Ф. 259. Оп. 1. Д. 133. Л.1.).

Через год были опубликованы «Правила для общественных библиотек Кубанского казачьего войска: окружных, бригадных, полковых, утвержденные Наказным атаманом 14 марта 1865 года». Согласно этим правилам библиотеки «должны были способствовать нравственно-духовному образованию всего населения Кубанской области» (ГАКК. Ф. 351. Оп. 1. Д. 43.Л. 1).

В ответ на распоряжение Наказного атамана из округов и бригад поступили сведения, что в четырех бригадах и одном полку по инициативе командиров и офицеров библиотеки уже созданы. С 1859 года существовала  библиотека в 5-й бригаде, с 1862 года – в 6-й бригаде. Дата основания библиотеки 1-й бригады неизвестна, но сбор средств на ее создание начат в 1858 году по инициативе командира бригады полковника Веляшева. Из доклада начальника Таманского военного округа известно о действующей библиотеке в 1-м конном полку (ГАКК. Ф. 259. Оп. 1. Д. 133. Л. 23.).

Полковые библиотеки открывались в станицах, где располагалось управление полком, задумывались как  библиотеки общедоступные. Начальник Ейского военного округа для более успешной организации окружной библиотеки в станице Уманской «открыл на предмет этого между благородным обществом подписку» (ГАКК. Ф. 254. Оп. 2. Д. 533. Л. 102.). Начальник Екатеринодарского отдела продолжал тему: «…для дальнейшего же поддержания этой библиотеки полагаю, было бы достаточно тех средств, которые возможно получать от частных подписчиков Екатеринодара за пользования книгами библиотеки, при предстоящем ее устройстве» (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч.1. Д. 791. Л. 12.). Все сословия не только имели возможность читать книги, но и принимали участие в работе библиотек. Командир 23-го полка просит у Наказного атамана разрешения «…допустить к должности библиотекаря учителя полковой школы, командуемого мною полка, купеческого сына Михаила Гульченко» (ГАКК. Ф. 254. Оп. «. Д. 533. Л. 5.).

Впрочем, хлопоты атамана не ограничивались фактом открытия  библиотек. Большое место в переписке с командирами бригад и полков занимали вопросы библиотечного обустройства.  Циркуляры звучали требовательно «Окружным начальникам и бригадным командирам теперь же подготовить: а) помещения для библиотек; б) устроить на первый раз необходимые шкафы и столы. По учреждению же библиотек относительно дальнейшего и прочного их существования, а также в предупреждении могущих случаться затрат и порч книг, я поручаю окружным начальникам и бригадным командирам составить правила и прислать оные ко мне на утверждение» (ГАКК. Ф. 259. Оп. 1. Д. 133. Л. 30.). В 10 параграфе «Правил для общественных библиотек Кубанского казачьего войска…» непосредственно указывалось: «Библиотеки состоят в округах – при окружных дежурствах, в бригадах и полках – при канцеляриях; было бы желательно, чтобы помещение собственно для библиотеки состояло из двух отдельных комнат. Из которых в одной бы хранились книги с описями и делами библиотекаря в особо устроенных шкафах, в другой, назначаемой для чтения, необходимая для сего мебель. В случае, если помещения окружных дежурств, бригадных и полковых канцелярий не будут представлять выше изложенных удобств для библиотеки, то почетный блюститель обязывается позаботиться о помещении таковой в отдельном здании» (ГАКК. Ф. 351. Оп.1. Д. 43. Л. 1.). Библиотеки чаще всего размещали в школьных и училищных зданиях, платили школе за аренду. Реже – в здании полкового управления. Командир 24-го конного полка приобрел для библиотеки специальное здание и необходимую мебель.

Начальники округов, командиры бригад и полков сразу начали публиковать в «Кубанских областных ведомостях» информацию об открытии библиотек. Это была возможность выгодно отличиться перед Наказным атаманом, рекламировать (была и такая мысль) вновь открытую библиотеку, познакомить потенциальных читателей с правилами ее работы, наконец, рассказать в печати о событии важном и примечательном для полка и всей Кубани. Так в январе 1866 года начальник Таманского военного округа просит редактора «Кубанских областных ведомостей» известить читателей, «что 19 сего января, в станице Полтавской открыта Таманская окружная библиотека вверенного мне округа. Библиотека эта <…> открыта по вторникам и субботам с 9 до 12 утра и с 2 до 5 часов вечера. Выдача из нее книг на дом будет производиться по воскресеньям с 2 до 5 вечера. Количество имеющихся в данной библиотеке книг – 412 томов». Дальше в объявлении дан перечень получаемых библиотекой в 1866 году периодических изданий.

Можно продолжить ряд примеров. В официальной части «Кубанских областных ведомостей» от 22 января того же 1866 года опубликована аналогичная информация из Ейского военного округа: «Исполняющий обязанности окружного начальника Ейского военного округа объявляет, что при вверенном Его Превосходительству Ейском военном дежурстве 7 числа сего января открыта библиотека, которая для чтения книг, кроме дней табельных и праздничных, открыта по вторникам и субботам с 9-ти до 12-ти часов утра и с 2-х до 5-ти по полудни. Выдача же из нее книг на дом будут производиться по воскресеньям с 2-х до 5-ти часов по полудни. К числу имеющихся в этой библиотеке книг, до 450 томов, еще выписываются вновь периодические издания, перечень коим для всеобщей известности <…> прилагается; сверх того будут выписываться разные книги постоянно, по мере библиотечных средств, могущих оказаться в течение года» (Кубанские областные ведомости. – 1866. – 22 янв.).

Можно, наверное, было и не цитировать двух столь одинаковых объявлений. Но интересно другое: объявления абсолютно клишированные, режимы работы в библиотеках идентичные, фонды (в количественном отношении) одинаковые.

Случалось, что рапорты об открытии полковых библиотек носили формальный характер. Традиционная ситуация, когда инициатива исходит от начальства и необходимо доложить об исполнении.  Официальное сообщение об открытии в 1864 году библиотеки в 1-м конном полку осталось на бумаге, и уже в 1865 командир полка подполковник Стринский вновь поднимает вопрос о создании библиотеки (ГАКК. Ф. 254. Оп. 2. Д. 533,.Л. 255)).

Вопросы финансирования сначала решались одинаково для всех библиотек военного ведомства: отчисления одного процента от жалования офицеров полка и плата за пользование книгами читателей не казачьего сословия. Наказной атаман подарил каждой открывшейся библиотеке по сто рублей.

В «Правилах для общественных библиотек…» в 3-м параграфе  указывалось «а) обязательный вычет процента из текущего жалования всех чиновников, состоящих на службе в войске; б) взнос денег за право чтения книг от абонементов сторонних».

В делопроизводственной переписке активно идет обсуждение проблем финансирования полковых библиотек. Командир 6-й бригады, кроме вычета из офицерского жалования, предлагает «… если угодно Вашему Сиятельству, разрешить произвести вычет на выписку книг из денежного содержания нижних чинов, так же с рубля по копейке» (ГАКК. Ф. 254. Оп. 2. Д. 383. Л. 28.). Предложение не встретило поддержки Наказного атамана. Командир Псекупского полка И.Д. Попка в 1866 году предложил полковым священникам пользоваться  библиотекой на одном основании с офицерами, т. е. платить 1% с рубля из получаемого ими жалования. На таких условиях с них никакой отдельной платы за чтение браться не будет (ГАКК. Ф. 351. Оп. 1. Д.43, Л.113). Группа штаб и обер офицеров не желала платить процент с рубля и обратилась с жалобой (правда безрезультатной) к Наказному атаману.  Порой «книги разрозненные и не имеющие насущного интереса и известной потребности» продавали с аукциона или публичного торга, а на вырученные деньги покупались «новые и более необходимые для офицеров сочинения» (ГАКК. Ф. 396. Оп.1. Ч. 1. Д. 791. Л.11.).

Начальник Ейского военного округа писал в Екатеринодар: «… я открыл на предмет этот между благородным обществом частную подписку по коей собрано в настоящее время 50 рублей; для поддержания этой суммы и прочного существования библиотеки  на данное время, я распорядился удержать из жалования всех служащих штаб и обер офицеров в окружном управлении и строевых частях по 2 копейки с рубля, а из собственного моего жалования полка, пока буду находиться в настоящей должности, ассигновываю ежегодно по 50 рублей серебром» (ГАКК. Ф. 254. Оп. 2. Д. 383. Л. 41.).

Принципиальным решением вопроса была передача на комплектование и организацию библиотек сэкономленных средств, которые поступали в окружные правления на «улучшение артелей, на содержание канцелярий строевых частей во время нахождения их на службе». Такое предложение поступило из Екатеринодарского и Таманского округа. Оно вызвало интерес начальства, и 31 декабря 1863 года появилась выписка из отзыва канцелярии  Войскового дежурства Кубанского казачьего войска за № 1957: «Его Сиятельство граф Феликс Николаевич изволил приказать: процентные деньги, собранные от полков и батальонов в количестве 4000 рублей, немедленно вытребовать из Московского опекунского совета (в опекунский совет деньги были положены в 1856 году) со всеми причитающимися на оные процентами», разделить их и разослать по полкам в «пользу имеющих учредиться окружных библиотек» (ГАКК. Ф. 259. Оп. 1. Д. 133. Л. 13).

Кроме традиционных форм финансирования, библиотеки охотно принимали дары от читателей, взимали плату за утерянные книги.

Комплектование библиотек предполагало два основных направления: 1) обязательное приобретение всех рассылаемых начальством регламентирующих документов и изданий, обязательная выписка книг по военной тематике; 2) самостоятельный отбор и приобретение новых изданий на средства, складывающиеся из отчислений и платы частных лиц за пользование библиотекой.

В 1864 году Наказной атаман принял решение о централизованном комплектовании библиотек. В газете было опубликовано обращение к книгопродавцам с предложением взять на себя снабжение книгами полковых библиотек. На публикацию откликнулись Я. И. Исаков, Д. Е. Кожанчиков, И. К. Сеньковский, В. С. Генкель. Договор был подписан с петербургским книготорговцем Н. Овсянниковым. К нему был приложен список 18 кубанских библиотек, которые Н. Овсянников должен был комплектовать. Командиры полков и бригад  составили каталоги желательных книг и периодических изданий. Каталоги включали традиционные разделы: 1) богословие; 2) учебники; 3) языкознание; 4) история; 5) география и путешествие; географические карты; 6) правоведение и политические сочинения; 7) технология и сельское хозяйство; 8) математика, механика; 9) медицина; 10) естествознание; 11) смесь; 12) словесность.

Безусловно, выписка книг для полковой библиотеки всякий раз требовала разрешения войскового начальства, но анализ сохранившихся списков-прошений свидетельствует о широте интересов офицеров войска, об универсальности формирующегося в области книжного фонда. Большое место в фонде занимали книги по истории (в том числе, по истории казачества), статистике, этнографии, военная, кавказоведческая и, естественно, художественная литература. В 1867 году командир Псекупского полка ходатайствует о разрешении приобрести для полковой библиотеки книги на французском языке. Прикладывает к прошению список книг (ГАКК. Ф. 254. Оп. 2. Д. 533. Л. 68.). Осенью того же года начальники Ейского и Екатеринодарского военных округов просят разрешения выписывать периодические издания, минуя Н. Овсянникова, непосредственно из редакций газет. После банкротства Н. Овсянникова (сентябрь 1868 года) каждый командир сам брал на себя инициативу по выписке книг. В комплектовании полковых библиотек принимали участие такие издатели и книготорговцы, как М. Вольф, Г. Свешников, Д. Федоров. Книги военной тематики поступали из военно - исторического отдела окружного штаба, окружного артиллерийского управления, военно-сухопутного ведомства, военной типографии инспекторского департамента Военного Министерства, инспекторского отделения Главного инженерного управления. Обязательным для библиотек было приобретение приказов, циркуляров, инструкций, распоряжений, уставов, поступающих по военному ведомству и из канцелярии Наказного атамана.

Некоторые книги приобретались по требованию начальства. По почте приходили бандероли, за которые нужно было расплачиваться. «По повелению Государя Наследника Цесаревича, получено во вверенном мне штабе при отзыве конторы Двора Его Императорского Высочества, для рассылки в части Кубанского Войска, сорок девять экземпляров издания А. Погоского под заглавием «Французская война 1870 – 1871 г.г.» (1-я и 2-я части), два экземпляра которого препровождаю при сем для библиотеки вверенного Вашему Превосходительству управления» (ГАКК. Ф. 669. Оп. 1. Д. 29. Л. 22.). Следом пришли указания приобрести книги «Полный учебник для полковых казачьих команд» штаб-ротмистра Крестовского, «Памятную книжку для нижних  чинов казачьих войск» подесаула Кубанского казачьего войска Черного и так далее. Иногда Ф.Н. Сумароков-Эльстон дарил полковым библиотекам книги, например, «Военную историю Грузинского гренадерского Его Императорского Высочества князя Константина Николаевича полка» (ГАКК. Ф. 259. Оп. 1. Д. 133. Л. 71.).

К сожалению, каталогов полковых казачьих библиотек сохранилось не очень много. Каталог библиотеки Псекупского полка едва ли отражает общее положение дел. Иван Диомидович Попка – человек блестяще образованный, не просто любитель чтения, но и библиофил, и о полковой библиотеке он проявлял завидную заботу. Поэтому полковая библиотека Псекупского полка одна из лучших в войске. Тем не менее, сказать о ней хотелось бы. Во-первых, интересно уже то, что сохранились два документа: «каталог-заявка на приобретение книг» и «каталог-опись полученных в библиотеку книг». То есть возникает возможность проанализировать и сравнить, что офицеры войска хотели получить в свою библиотеку и что получили. Сначала немного статистики.

Разделы фонда Заказано
(кол. названий)
Получено
(кол. названий)
Богословие  1 13 
Учебники и словари  13 14 
История  66 56 
География и путешествия
(географические карты)
 8 13 
Правоведение и
политические сочинения
 5
Технология и сельское хозяйство  21 19 
Математика и механика  6
Медицина  6
Естествознание  8
Смесь  5 18 
Словесность  67 86 
Всего  206 243 


Как видно из таблицы наиболее полно в количественном отношении укомплектованы «История» и «Словесность». Русская история была представлена именами Н. Карамзина, С. Соловьева, Н. Костомарова, Н. Устрялова, всемирная история – трудами Бокля, Гервинула (в переводах Антоновича), Шлосера. Много книг в фонде библиотек было по истории Украины (Малороссии), Червонной и Галицкой Руси – А. Скальковского, М. Максимовича, П. Кулиша, Н. Костомарова, Н. Маркевича, А. Ригельмана, М. Сементовского, В. Смирнова. Были отдельные книги, посвященные истории Англии, Сербии, Польши, Франции, были тома, рассказывающие о тех или иных отдельных сюжетах отечественной и зарубежной истории.

Особо надо оговорить книги по истории Кавказа, Кавказской войны, Дагестана. Эти книги представлены различными жанрами: и историческими трудами, и записками очевидцев (А. П. Ермолова), и историческими биографиями (Шамиля, И. Котляревского, т .д.), записками о Кавказе иностранцев.

Можно продолжить характеристику фонда и перечислить имена русских, украинских, зарубежных писателей. Собрания сочинений В. Белинского, Н. Гоголя, В. Даля, Д. Давыдова, Н. Добролюбова, И. Лажечникова, М. Лермонтова, Н. Некрасова, А. Пушкина, А. Хомякова, И. Тургенева… Отдельные тома – С. Аксакова, А. Бестужева, И. Гончарова, А. Грибоедова, Ф. Достоевского, И. Кольцова, М. Салтыкова-Щедрина, Алексея Константиновича и Льва Николаевича Толстого.  Сравнительно широко была представлена украинская литература: П. Кулиш, Т. Шевченко (на русском и украинском языке), И. Котляревский, этнографические сборники М. Максимовича и Н. Маркевича. Из иностранных литераторов – И.В. Гете, Ч. Диккенс, А.Дюма, Жорж Занд, Э. Сю, У. Теккерей, В. Шекспир. Достаточно много в фондах библиотек было историко-литературных и литературоведческих трудов.

Впрочем, договор с Н. Овсянниковым, как уже писалось, был быстро расторгнут. Во-первых, книготорговец  медлил с присылкой обещанных книг, главное же, командиры бригад и полков сами хотели формировать свои библиотеки. Порой Н. Овсянников просимых книг не присылал вовсе, но присылал книги, которые командиры не заказывали. Много нареканий Н. Овсянников вызывал тем, что он практически не присылал литературы, связанной с историей Украины, книг на украинском языке. В тоже время, заявки командиров полков свидетельствуют о направленном интересе к истории Украины. Само по себе это естественно, отражает исторические судьбы формирования Кубанского казачества, но петербургские книготорговцы  просимых книг не присылали. Может быть, это было связано с отсутствием книг этой тематики в Петербурге. Но проявлялась  и определенная официальная политика военного министерства, которая   после реформ 60-х годов этого интереса не поддерживала.

Список получаемых полковыми библиотеками периодических изданий достаточно устойчив (очевидно, существуют рекомендации начальства) Из Кубанских и Кавказских изданий практически везде – «Кубанские областные ведомости», «Кавказский календарь», газета «Кавказ»; из военной периодики – «Русский инвалид», «Военный сборник», «Оружейный сборник», «Труды С. – Петербургского военно-экономического общества». Религиозная периодика была представлена «Православным обозрением» и «Духовным богословием». Кроме того, каждая библиотека выписывала по несколько сельскохозяйственных изданий. Впрочем, бывали и различия: Ейский округ выписывает «Санкт-Петербургские ведомости», «Овцеводство», «Русский ремесленник», а Таманский – «Московские ведомости», «Земледельческую газету», детский журнал «Семейные вечера». Что касается литературных журналов, то обе библиотеки выписывают «Современник» и «Отечественные записки».

Комплектование фондов находилось под жесточайшей военной и гражданской цензурой. Согласно приказу главнокомандующего армией от 25 января 1878 года за № 164 «вводились дополнительные цензурные меры для контроля за чтением нижних чинов» (ГАКК.  Ф. 396. Оп. 1. Д. Ч. 2. Д. 2417. Л. 5.).  По Кавказскому военному округу был подписан Приказ «О недопущении к обращению в публичных библиотеках и общественных читальнях произведений печати на основании Высочайшего повеления 5 января 1884 года и о воспрещении нижним воинским чинам покупать запрещенные произведения печати» (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч. 2. Д. 4240. Л. 1.). После такого приказа (как это иногда бывает) интерес к запрещенным книгам вырос. Но зато и увеличилось количество документов об изъятии из фондов и списании «неблагонадежных» книг. Среди запрещенных были произведения Н. Лескова, Д. Писарева, Н. Благовещенского (Примечательно, что как раз в это время  Н. Благовещенский является член-секретарем Терского областного статистического комитета, издания под его редакцией широко распространены на Кубани.), Луи-Блана, Гексли. Кроме того, из фондов полковых библиотек должны были быть изъяты комплекты журналов «Отечественные записки» (с 1867 по 1884 год), «Современник» (с 1856 по 1866 год), «Дело» (с 1867 по 1884 год), еще пять названий журналов.

Кроме военной цензуры часть книг обязательно проходила цензуру церковную. Первым обязательным разделом фонда библиотеки был раздел «Богословие». Полковых священнослужителей привлекали к комплектованию библиотек. Командир Псекупского полка И. Д. Попка писал священнику церквей Псекупского полка Отцу Петру Смирнову : «… а как в настоящее время полку предложат выписать новые книги на имеющуюся на них сумму, то прошу Вас принять на себя труд составить и прислать мне каталог книг по части Богословия и вообще религиозного и нравственного содержания, какие бы Вы пожелали полезными выписать по Вашему усмотрению» (ГАКК. Ф. 351. Оп. 1. Д. 43. Л. 113.).



*      *      *

60 – 70-е годы были периодом достаточно кардинальных военных и гражданских реформ в Кубанской области. После 1870 года и упразднения военных округов все окружные, бригадные, полковые, батальонные библиотеки были переданы в управление пяти военных отделов (Екатеринодарского, Ейского, Баталпашинского, Темрюкского, Майкопского). В административных центрах отделов, на основе этих книжных фондов, были созданы библиотеки, функционирование которых, в значительной степени, обеспечивалось общевойсковым бюджетом.

Несмотря на то, что полковые библиотеки выполняли функции общественных библиотек (и по формам работы, и по социальной структуре читателей, и по составу фонда), их ведомственная принадлежность неизбежно сказывалась и на характере их деятельности, и на месте их «расквартирования».

Создание отделов породило и некоторые проблемы. Предполагалось, что в создающиеся библиотеки при административных и военных центрах отделов (в документах такие библиотеки назывались «полными» или «универсальными») будут переданы книги из полковых и бригадных библиотек. В отдельных территориях так и произошло. Так при Майкопском военном отделе из библиотек, доставленных из 22, 23, 24 и 25 полков и из 6-й бригады образовалась одна «полная» библиотека (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч.1. Д. 791. Л. 11.). 1 января 1872 года таким же образом была учреждена библиотека при Темрюкском военном отделе (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч.1. Д. 791. Л. 7.).

Но такая реорганизация вызвала неоднозначную реакцию офицерского корпуса войска. Начальник Ейского военного отдела указывал, что раньше «… во всех частях войска существовали библиотеки, содержимые на общественную офицерскую сумму…» (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч.1. Д. 791. Л. 2.), теперь же, когда библиотеки расположились только при управлениях военных отделов, офицеры полков, батальонов, отдельных строевых частей потеряли возможность пользоваться книгой регулярно.

Мало того, офицерский корпус, расформированных округов, бригад, полков, далеко не всегда переводился целиком в какой-либо определенный полк или военный отдел, и уж вовсе необязательно переводился в тот отдел, куда была передана библиотека расформированного полка. Офицеры стали требовать передачи библиотек их бывших полков к новому месту их службы, аргументируя свои требования необходимостью общественной и культурной жизни, и, главное, материальной своей заинтересованностью (библиотеки создавались и существовали во многом на средства, вычитаемые из их жалования)

Именно это позволило в 1873 году офицерам пешего пластунского батальона, ходатайствуя  о создании батальонной библиотеки, просить, чтоб в ее основание легла библиотека упраздненного Псекупского полка (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч.1. Д. 791. Л. 54.).

В 1874 году ( циркуляром от 17 июня за № 3017) вновь был поднят вопрос «об образовании полковых и батальонных  библиотек». В нем предписывалось «Атаманам военных отделов распорядиться: из поступивших в их введение библиотек, всех <…> отдельных сочинений и издававшихся до 1871 года периодических изданий, кои имеются налицо по два или несколько экземляров, отделить по одному экземпляру, составить им каталоги, передать по каталогам строевые части войска, состоящие на службе в Кубанской области». Дальше следуют полковые адреса, по которым следует направить книги. Можно их перечислять, можно просто зафиксировать факт рассылки. Важно другое: к 1874 году в области сложилась определенная библиотечная система. Библиотеки при управлениях отделов стали библиотеками общественными, которые финансировались из войсковой казны и взимания платы с «невойсковых» читателей. Кроме того, в полках, бригадах, батальонах могли существовать и существовали библиотеки, если офицеры данных подразделений соглашались процентом из своего содержания обеспечивать деятельность этих библиотек. Это уже были ведомственные библиотеки закрытого типа.

Если до 1870 года офицер обязан был платить этот % (таково было предписание начальства), то после 1871 года (после открытия библиотек в пяти отделах) создание полковых библиотек стало делом сугубо добровольным, характеризовало уже внутренние потребности общества. Администрация войска свое дело сделало.

Надо заметить, что в архивных документах дел об открытии полковых (батальонных) библиотек после 1874 года практически уже не встречается.

Общественные и гражданские функции полковых казачьих библиотек имели логическое продолжение. В 1880 году «Кубанские областные ведомости» опубликовали примечательную заметку: «В 1872 году, в сентябре открыт первый в городе «кабинет для чтения» – библиотека, устроенная частным лицом, но при широкой общественной поддержке. Так Кубанское казачье войско передало безвозмездно около 1000 томов <…> Эта частная библиотека просуществовала до 1875 года» (Кубанские областные ведомости. – 1880.  – 14 июня.). Инициатором организации этой библиотеки была дочь полковника «девица Мария Белая». 2 июня 1872 года она отправила прошение на имя начальника Кубанской области с просьбой «…прошу разрешить мне открытие публичной библиотеки <…> в г. Екатеринодаре. При этом, рассчитывая на просвещенное содействие Вашего Превосходительства, я позволяю себе обратиться к Вам с покорнейшею просьбою – разрешить мне передачу, хоть на временное пользование, так называемой Екатеринодарской окружной библиотеки, которая состоит в ведении Екатеринодарского военного отдела и, которая на первое время составит для меня весьма существенную поддержку; сдать же эту библиотеку я обязуюсь по первому востребованию Екатеринодарского военного отдела» (ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Ч.1. Д. 791. Л. 15.). Письмо в адрес начальника области сделало свое дело. Свидетельство тому – приказ №  4535. Был заключен договор, определены условия временной передачи. Например, офицеры Екатеринодарского военного отдела, при наличии у них документа с соответствующей подписью начальства, имели право пользоваться библиотекой бесплатно. Ошиблись «Кубанские областные ведомости», даров не было. Начальником военного отдела было оставлено за собой право в любой момент потребовать переданные книги обратно. Уже в феврале 1876 года это требование прозвучало. Полковничьей дочке велено было вернуть книги бывшего Екатеринодарского окружного дежурства, хотя большой нужды в этом не было. Спустя всего полтора месяца Екатеринодарский военный отдел уже передавал книги в Войсковой штаб из-за отсутствия помещения и библиотекаря, из-за нехватки денег на комплектование и содержание библиотеки (ГАКК. Ф. 396. Оп.1. Ч. 1. Д. 791. Л. 106, 111 – 112.).

Можно в этих обстоятельствах увидеть факт «как не состоялась  библиотека», а можно проследить тенденцию полковых казачьих библиотек стать библиотеками общественными. Можно увидеть, что войсковое начальство эту тенденцию поддерживает. В библиотеках, созданных в административных  центрах военных отделов, никаких сословных ограничений для читателей уже не было, финансировались они не на офицерские деньги, а из бюджета Кубанского казачьего войска. 

В целом, полковые библиотеки были ориентированы на формирование универсального книжного фонда, на доступность самому широкому кругу читателей, к 70-м годам они сравнительно равномерно охватили территорию всей области. В условиях военно-административного управления и отсутствия в области общественных библиотек именно полковые библиотеки Кубанского казачьего войска становятся хранителями "документальной памяти" региона, формируют и хранят "коллекцию текстов", необходимых для осознания регионом своей  самобытности, своего неповторимого места в истории России и русской культуры.


 
Материал с сайта http://www.cossackdom.com

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел: Традиционная казачья культура // Библиотечное дело

Рейтинг@Mail.ru