И.И. Дианов, соискатель КГУКИ


К середине ХVIII в. общий уровень образования в России был невысок. В наказах депутатов в Уложенную комиссию 1767–1768 гг., где впервые публично высказывались соображения по вопросам образования, обличалась небольшая польза от заведённых в России в петровское время училищ. Однако «образованность» становится модной среди дворянства.

Широкое развитие в семьях помещиков получает домашнее образование. Чаще всего оно было поверхностным, заключалось лишь в стремлении овладеть «французским изяществом». В России фактически не существовало начальной школы. Основной формой обучения податного населения продолжали оставаться школы грамоты. Они создавались частными лицами («мастерами грамоты»), как правило – священниками.

Обучение велось в основном по Часослову и Псалтири, некоторым светским учебникам – например, «Арифметике» Л.Ф. Магницкого.

Во второй половине ХVIII в. создана сеть закрытых сословных учебных заведений, предназначенных, в первую очередь, для детей дворян. В конце 50-х годов создан Пажеский корпус, готовивший к придворной службе. В 1764»г. в Петербурге основано «Воспитательное общество благородных девиц» при Смольном монастыре (Смольный институт) с отделением для девушек из сословия мещан. Были созданы также женские гимназии и закрытые учебные заведения, но они пришли в упадок. Только Смольный институт продолжал существовать вплоть до революции 1917 г.

Особой формой привилегированных закрытых учебных заведений университетского типа были лицеи. В начале ХIХ в. в России возникли несколько лицеев, в том числе знаменитый Царскосельский (1811).

Развитие сословной школы закрепляло господствующее положение одних, в основном – в сферах административной и военной деятельности, превращало образование в одну из сословных привилегий. Основная масса населения России возрастающую роль просвещения понимала как средство улучшения своего положения. Такая социальная направленность и социальная несправедливость порождает новые веяния: практицизм, целесообразность, характерные для духовной жизни первой половины ХVIII в. Подобные мысли, настроения, взгляды отражали влияние французского Просвещения. В цепочке этих событий оказалось и население Кубани, где казаки и войсковая администрация уделяли большое внимание налаживанию гражданской жизни. В конце ХVIII в. появились первые учебные заведения. Так, в январе 1794 г. (по сведениям Ф.А. Щербины) в Пластуновском курене была открыта школа; а в 1803 г. – первая официальная школа в Екатеринодаре. В 1792 г. открыта первая страница в истории кубанской литературы. В августе этого года войсковой судья Антон Головатый по дороге из Петербурга сочинил ставшую впоследствии знаменитой «Песнь черноморского войска» – «Ой, годы нам журыться, пора перестаты…». Так закладывались основания духовной жизни в Кубанской области и Черноморской губернии (Щербина Ф.А. История Кубанского казачьего войска. – Екатеринодар, 1910. С. 513.).

Важное место в общественной жизни Кубани занимали школы. Во многих станицах и сёлах, аулах они были единственными очагами культуры. Качественно новым моментом в развитии просвещения как в России, так и на Кубани, было возникновение общеобразовательной школы. Начало её связано с основанием в 1753 г. Московского университета и двух гимназий для дворян и разночинцев с одинаковой программой обучения. Стараниями войскового протоиерея К.В. Россинского на Кубани в 1803 г. на его частные пожертвования открылась в Екатеринодаре казачья школа, которую в 1804 г. преобразовали в уездное училище. С его помощью в станицах Черномории стали действовать десять приходских училищ. При его непосредственном участии только в 1820 г. была открыта Черноморская войсковая гимназия. Она была закрыта через несколько лет, в реакционные «последекабрьские годы». Лишь в 1850 г. гимназия вновь открылась в Екатеринодаре. Однако с 1856 по 1876 гг., за неимением помещения в войсковой столице, она была закрыта и перенесена в Ейск.

Среднее образование казачьи сыновья и дети «почётных горцев» имели возможность получить в созданной в 1837 г. Ставропольской гимназии. В линейных казачьих станицах школы стали появляться с тридцатых годов ХIХ в. – полковые, а с 1845 г. – бригадные. Средних учебных заведений у линейцев не было. К началу 60-х годов ХIХ в. в крае действовали одно среднее учебное заведение (войсковая мужская гимназия), около тридцати начальных училищ (Дмитриенко И.И. Сборник материалов по истории Кубанского казачьего войска. – Екатеринодар, 1896. Т. 1, С. 231.).

Через пятьдесят лет число гимназий на Кубани выросло до двенадцати, начальных училищ Министерства народного просвещения стало тысяча тридцать три. В России в 1786 г. утверждён Устав народных училищ – первый для России законодательный акт в области образования. Впервые в школах вводились единые учебные программы, классно-урочная система, разрабатывалась методика преподавания.

Рост учебных заведений на Кубани начался в 1863 г., когда наказной атаман казачьего войска Ф.Н. Сумароков-Эльстон подписал циркуляр, в котором приглашал духовенство, станичных и окружных начальников, бригадных и полковых командиров принять участие в открытии школ в станицах.

За четыре года открыто сто школ. Они находились в подчинении казачьего начальства. И только в 1871 г. были переданы в ведение Министерства народного образования.

Общий образовательный уровень населения Кубани и Черноморья оставался невысоким. По данным Первой всероссийской переписи населения (1897 г.), на каждые сто человек населения Кубанской области приходилось шестнадцать грамотных, Черноморской губернии – тридцать один. Особенно низкий уровень грамотности был у иногородних, у адыгейских крестьян. Кубанская область по отношению числа учащихся к общему числу населения занимала лишь сорок второе место среди восьмидесяти девяти губерний и областей России.

Образование было доступно для детей представителей привилегированных сословий. Молодые казаки должны были, согласно существовавшим правилам, отправляться на военную службу элементарно грамотными – уметь читать и писать.

Казаки твёрдо отстаивали свой принцип: «казачья школа – для казаков». Дети иногородних могли обучаться за особую плату, при наличии свободных мест, т.к. эти школы открывались в станицах на средства войсковой казны и станичных обществ.

К концу ХIХ в. в крае не было ни одного высшего заведения. Лишь дети крупных промышленников, купцов и около 30 войсковых стипендиатов поступали в университеты и другие высшие учебные заведения Москвы, Петербурга, Киева, Харькова (ГАКК. Ф. 345. Оп. 1. Д. 168. Л. 203.).

Народное просвещение в России в исследуемый период в целом – выражает суть историко-культурного процесса на территории Кубанской области и Черноморской губернии. Система и формы образования и просвещения, уровень грамотности, социальный состав и сословные привилегии – важные показатели не только общественно-культурных ценностей, но и возможности их реализации среди различных слоев населения Кубани, а значит – и России в целом.



Сборник материалов IX международной научно-практической конференции «Федор Андреевич Щербина, казачество и народы Северного Кавказа: история и современность» (г. Краснодар, 27 февраля 2009 г.). – Краснодар: ИМСИТ,2009.