Карта казачьих отделов ККВ
Версия для печати

Дорогами историй фронтовых

16.08.2016. Количество просмотров: 392

Из года в год от нас уходят ветераны Великой Отечественной войны, живых участников обороны Пашковской переправы осталось в Краснодаре лишь трое. Один из них – казак Пашковского станичного общества Сергей Дробязко.

В одном из краснодарских двориков, уютно распо­ложившихся по бульвару Платановому, меня жда­ла встреча с 91-летним ветераном Великой Отечественной войны, участником Пашковской перепра­вы, потомственным казаком Серге­ем Дробязко. Мы сели на скамейку, и убеленный сединами фронтовик начал свой рассказ.

Все еще живы…

– После седьмого класса хотел стать командиром железнодорож­ного транспорта, – рассказывал Сергей Дробязко, – и, вопреки уго­ворам матери и педагогов остаться в школе, поступил в Ростовский железнодорожный техникум на па­ровозное отделение.

Неизвестно, как сложилась бы жизнь целеустремленного юноши, если бы не война, но железнодо­рожником стать ему, видимо, было не суждено. После первого курса приехал в Краснодар проститься с отцом, уходившим на фронт. К тому времени враг уже взял Ростов-на-Дону и гражданские поезда в город больше не пускали. По настоянию отца вернулся в девятый класс. Однако спустя год студенческой жизни школа показалась Сергею ребячеством.

– В техникуме дисципли­на была, а тут что? – вспоминал Дробязко и признался, что вместо уроков бегали с друзьями на во­кзал помогать разгружать прибы­вающие в Краснодар санитарные поезда с ранеными.

Рабочих рук не хватало, какая тут учеба, к тому же дома остава­лись бабушка, мать да младшая се­стренка. Сергею помогли устроиться на нефтезавод, однако проработал он там недолго. В одном из цехов произошел большой взрыв. Сергей Дробязко в числе первых кинулся на помощь, только спасать уже было не­кого. Останки более 200 рабочих вы­носили целыми бригадами. Не успел молодой человек оправиться от нео­жиданного знакомства со смертью, как пришла повестка в армию.

Когда мы были на войне

Полк № 1173, в который опре­делили Сергея Дробязко, в основ­ном состоял из таких же вчерашних школьников. Стоя в строю, они тер­пеливо надеялись услышать свою фамилию в списке на получение оружия. По мере ожидания пришла мысль – винтовок на всех не хватит. В отчаянии парни бросились к ящи­кам, завязалась потасовка. Высокий рост помог Сергею пробиться через толпу и вооружиться противотанко­вым ружьем. Эта маленькая победа позже чуть не стоила ему жизни.

– Начитавшись газет, я знал, что при помощи ПТР можно сбить самолет. Над нами в то время кру­жила «рама» — разведывательный самолет «Дорнье». Ну что, решил рискнуть – вскинул ружье, нацелил­ся, выстрелил… мимо. Зато удар командира роты прилетел точно в цель – в ухо, – вспоминает Сергей Григорьевич, – это теперь я пони­маю, что демаскировал позицию. А тогда искренне хотел принести пользу, но в итоге едва не попал в штрафную роту. Спасение пришло со срочным сообщением о смене позиции, тут уж не до меня было.

Часть, в которой служил Сергей Дробязко, заняла оборону перед Кирпичным заводом, немного выше Пашковской переправы. Мост к тому моменту уже был сожжен, то и дело к берегу прибивало догоравшие головешки. Сквозь клубы дыма, запах гари доносились то длинные, то короткие очереди. Неподготовленные мальчишки честно пытались держать оборону. Поскольку оружия на всех не хватило, ребята держались вместе. Напарником Сергея оказался Павел, сельский парень. Благодаря его хозяйственности и юркости у них оказа­лась настоящая саперная лопатка. С ней окопы углублялись куда быстрее – до того момента, пока командир это не заметил и не конфисковал лопатку в пользу ребят послабее.

– Мы-то что, я еще в технику­ме на поле копать приноровился, Павло – так тот вообще с землей с детства знаком. А у многих руки в кровь и мясо сбились. Окопы рыли чем придется. Местные жители нам, конечно, лопаты одолжили, только какой хозяин хороший инструмент отдаст? Отдали, какие не жалко, они в руках и рассыпались.

Отрыв окоп и щели для ору­жия, Сергей с Павлом наблюдали за противоположным берегом Ку­бани, на котором уже обосновался враг. Шквальным огнем и бомбежкой фашисты сравнивали с землей все живое. Чтобы хоть как-то побороть страх, боевые товарищи постоян­но переговаривались.

– Пашка мне что-то кричит, а я голову поднял и вижу: снаряд прямо на меня летит, – вспоминал Сергей Григорьевич, и его выцвет­шие голубые глаза с болью засты­ли в точке на небе.

Чудом Сергею удалось выжить в тот раз.

– Когда я очнулся, – немного помолчав, продолжил рассказчик, – Пашкиного голоса больше не было слышно. Ничего не осталось ни от окопа, так старательно вы­рытого спионеренной лопаткой, ни от товарища, добывшего это орудие. Я был завален землей, ног не чувствовал. А сверху, глядя на меня, смеялись три немца.

В плену

– Еще до войны в нашем дво­ре жила учительница немецкого языка, я иногда бегал к ней на уро­ки. С трудом, но все-таки разби­рал речь своих захватчиков. Они спросили меня: «Юде?» Я помотал головой: «Их бин русский». Ком­панию это развеселило, а один рывком вытянул меня за ворот из завала. Голова раскалывалась, а они все смеялись. Когда наш ко­мандир сбежал, немцы заспори­ли, кто его пристрелит. Короткая очередь. Одиночный – наповал. Снова заливистый хохот.

За те месяцы, что Сергей Дро­бязко пробыл в плену, он успел убедиться в жестокости оккупан­тов. Пленных содержали в заго­не для скотины и обращались соответственно.

– Спали в навозе, еду, которую позволяли приносить женщинам из соседнего аула, заставляли бро­сать туда же. То же самое было с водой, – наливали в общее грязное корыто, из-за чего питьевая вода тут же превращалась в муляку.

И даже за такие условия между пленными шла борьба, которая не переставала забавлять немецких офицеров в вычищенных туфлях и отутюженных брюках. Но нео­жиданное появление земляков в немецком лагере сыграло значи­тельную роль в жизни Дробязко.

– Однажды приехала полевая кухня, – рассказывал Сергей Гри­горьевич, – там был пожилой гру­зин и двое русских ребят, показав­шихся мне знакомыми. Я не сразу сообразил, кто это. Возможно, и не сообразил бы вовсе, если бы не услышал вдруг: «Серый? А ты тут как?»

Знакомые помогли впоследст­вии Сергею бежать.

И снова в бой

Под покровом ночи трое това­рищей короткими перебежками от­бились от вражеских захватчиков. Несколько дней Сергей скрывался то дома, то у соседей – набирался сил. Затем вернулся в армию, стал командиром минометного расчета в учебном батальоне. Позже – коман­диром отделения пехоты на Украи­не, где и получил первое серьезное ранение. Но, побоявшись отстать от дивизии, не стал обращаться за медпомощью. Госпиталь принял к себе сержанта стрелкового отделе­ния Дробязко в феврале 1943 года. В ходе контратаки Сергея Григорь­евича контузило близким взрывом, отнялись ноги.

Долгое лечение в госпиталях не давало результатов. На ноги в бук­вальном смысле Сергея поставил врач из Грузии. Он же настоятельно рекомендовал контуженому бойцу больше ходить.

– Наверное, поэтому я окончил геологический, – смеялся ветеран.

Но геологический институт был уже потом, а перед этим Сергей Дробязко окончил школу младших авиационных специалистов, летал на бомбардировщиках. Собственно, на аэродроме он и встретил День Победы. На этом армейская жизнь не закончилась – лишь в 1950 году Сергей Дробязко демобилизовался.

Много лет спустя

– Не знаю, как бы сложилась наша жизнь, если бы не война, но как есть, так и живем, – размышлял Сергей Григорьевич, – у нас и выбо­ра не было, надо защищать страну, взяли оружие и пошли.

Истинные сыны Родины остают­ся ими до конца. Сегодня Сергей Григорьевич пристально следит за ситуацией в стране и с интересом анализирует политическую жизнь. Он любит читать и предпочитает современную военную литературу. К слову, Сергей Дробязко и сам ав­тор. Его книгу «Путь солдата», уви­девшую свет в 2007 году, невозмож­но отыскать. Весь тираж раскупи­ли, едва он поступил на прилавки книжных магазинов. Единственный экземпляр, оставшийся у автора, хранится под семью замками у за­ботливой жены.

– В своей книге я старался по­казать, как все было на самом деле. Что видел, то и писал, – пояснил Сергей Григорьевич, – это нужно для того, чтобы нынешнее поколе­ние понимало, что происходило в те далекие теперь уже годы.

Сегодняшнее нестабильное по­ложение беспокоит ветерана, и он искренне желает братьям-казакам беречь традиции и оставаться пре­данными своей Родине.

Анна Вечирко,
Кубанский казачий вестник // г. Кубанские новости от 13 августа 2016 года
На фото Веры Ермолиной: В прошлом году Сергей Дробязко (второй справа) отметил 90-летие

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел: Галерея славы казачьей Кубани // Казаки - богатство Войска

Рейтинг@Mail.ru