С.Т. Мегес,
аспирант Адыгейского госуниверситета

 

В 1920–1930-е гг. на пути построения социализма партийные и государственные организации столкнулись с огромными трудностями, вызванными экономической разрухой, необходимостью приступить к социалистическим преобразованиям в регионе с преобладанием мелкобуржуазного крестьянского населения, опутанного пережитками национального недоверия. Внимание партийных и советских органов было сосредоточено на восстановлении сельского хозяйства и промышленности, оздоровлении экономики, формирования её социалистического сектора.

Особенно ярко это проявилось на территории национальных автономий. В районах, где проживали адыги, не было ни одного более или менее крупного промышленного предприятия. Основу промышленности составляли предприятия по переработке сельхозпродукции. Вместе с расширением, реконструкцией и строительством новых предприятий необходимо было проводить работу по вовлечению адыгейской молодёжи в промышленность, подготовке национальных кадров рабочего класса.

Решение этой задачи было нелёгким: в области не было базы для обучения производственным квалификациям. Адыги, испокон веков связанные с сельским хозяйством, не представляли себе жизни в отрыве земледелия. Они не могли мириться с жизнью вдали от родных и близких. Но им нужно было выезжать в города. Значительная часть молодёжи была неграмотна, не владела русским языком.

Северокавказская краевая, адыгейская областная организации развернули активную деятельность среди студентов вузов, родственников и родителей юношей и девушек, намечаемых на обучение рабочим квалификациям. Они проводили индивидуальную разъяснительную работу с каждым молодым человеком. По аулам эту работу проводили уполномоченные областного комитета партии, опираясь на коммунистов, комсомольцев, почётных стариков.

В результате проведенной агитационной и воспитательной работы среди адыгейского населения удалось отправить в 1924 г. первую группу – на учебу рабочим специальностям. С каждым годом увеличивалось количество молодёжи, выезжающей для получения производственных квалификаций.

Так, в 1927 г. из Адыгеи было направлено 113 человек для обучения рабочим профессиям, в их числе – 63 женщины, – в Ростов, Новочеркасск, Таганрог, Краснодар, др. города Северного Кавказа. На предприятиях, используя школы ФЗУ, курсовые, бригадно-ученические и индивидуальные формы, их обучали производственным профессиям.

Многие юноши и девушки, прибывшие из аулов на предприятия городов Северного Кавказа, центра страны, чувствовали себя робко, были замкнуты. Боясь, что если что-то вдруг скажут или поведут себя не так, над ними будут смеяться; и они зачастую на предприятиях и общежитиях уединялись, стояли в стороне. С ними проводилась воспитательная работа. Им помогали ликвидировать неграмотность и малограмотность, обучали русскому языку, давали возможность повысить активность.

Работа проводилась и в общежитиях, где проживали юноши и девушки из Адыгеи. Их регулярно посещали учителя школ, культпросветработники. Они обучали адыгейских юношей и девушек грамоте, беседовали по вопросам строительства социализма, индустриализации, ленинской национальной политики, разъясняли сущность текущих событий (Революция и горец 1928. № 5–6. С.113.).

Культпросветработники создавали кружки художественной самодеятельности. В этой работе большое внимание уделялось профессиональной ориентации молодёжи, поддерживалось стремление юношей и девушек овладеть производственными специальностями. Подобная работа была призвана укреплять в них уверенность в собственных силах, в выборе профессии. Только за три года – с 1926 по 1928 – число квалифицированных рабочих Адыгеи пополнилось на 390 человек. Главным образом – за счёт представителей адыгейской молодёжи (ГУ НАРА Ф. Р-5. О.1. Д.110. Л.39.).

Таким образом, ещё до первой пятилетки в Адыгейской автономной области были созданы очаги социалистической промышленности. В годы первой пятилетки в области продолжала осуществляться индустриализация. Особенности этой работы состояли в следующем.

Во-первых, индустриализация началась со строительства предприятий по переработке сельскохозяйственного сырья. Ещё Северокавказский крайком ВКП(б) отмечал: «Адыгейская автономная область должна развиваться, главным образом, по линии промышленности, перерабатывающей сельхозсырьё» (ЦДНИ РО Ф.7. О.1. Д. 1193. Л.15.).

Во-вторых, индустриализация в области осуществлялась как составная часть всего индустриального развития СССР.

В-третьих, проводилась она более высокими темпами, чем по всей стране.

В-четвёртых, предприятия строились главным образом в сельской местности – ближе к сырьевым базам.

Хотя в годы, предшествующие довоенным пятилеткам, в области были созданы очаги промышленности и сделаны шаги по формированию национальных кадров рабочего класса, всё же Адыгея существенно отставала от развитых промышленных районов страны. В докладе на V Северокавказской краевой партийной конференции отмечалось: «Несмотря на более высокие темпы роста хозяйственного и культурного строительства в национальных областях, они ещё далеко отстают от уровня развития хозяйства и культуры остальных округов» (ЦДНИ РО Ф.7. О.1. Д. 842. Л.140.).

Признавалось, что для ликвидации отставания Адыгеи в промышленном отношении необходимо было осуществить здесь индустриализацию более высокими темпами – по сравнению с передовыми районами. В январе 1930 г. состоялось краевое совещание партийного актива Северного Кавказа по национальному вопросу. На нём указано на необходимость обеспечения такого развития экономики и культуры в национальных областях, которое подтягивало бы их к среднесоюзному уровню, усилило темпы промышленного строительства (ЦДНИ РО Ф.7. О.1. Д. 845. Л.18.). Поэтому в Адыгее в годы 1-й пятилетки продолжалось интенсивное строительство новых и реконструкция существовавших промышленных предприятий.

В 1929–1930 гг. в Краснодаре – центре Адыгейской автономной области – имелись следующие предприятия области: Адыгейская типография, швейная и трикотажная фабрики, гвоздильный завод, а также промышленные артели. В 1930 г. на Адыгейской консервной фабрике введены в действие цех по переработке кукурузы, два кастролитовых завода по первичной переработке кенафа. Пущены в действие 6 маслозаводов по переработке молока в аулах Хакуринохабль, Ходзь, Блечепсин, Ульский (Уляп), Пчегатлукае, селе Преображенском. На их строительство израсходовано 244 000 руб.

Вошла в строй швейная фабрика в Краснодаре – на ней работало 200 адыгеек (ГУ НАРА Ф. Р-1. О.1. Д.84. Л.45.). В том же году введено в действие предприятие по производству пуговиц на хуторе Яблоновском (ныне посёлок).

В августе 1930 г. состоялся пуск первой очереди Хакуринохабльской электростанции. На её строительство в 1930 г. израсходовано 239 307 рублей. Лампочка Ильича зажглась в одном из наиболее крупных населенных пунктов Адыгеи.

В том же году продолжалось строительство нового консервного комбината на хуторе Яблоновском, поташного завода – в ауле Уляп. По призыву обкома партии и обкома комсомола молодёжь из аулов прибыла на эти стройки.

Молодые строители днём работали, вечером учились грамоте, приобретали производственные специальности, чтобы по окончании строительства занять рабочие места в цехах.

В эти годы всё более возрастает значение массового вовлечения адыгейской молодёжи в промышленность. В отчётном докладе Адыгейского обкома IV областной партийной конференции (1928 г.) отмечалось: «В центре внимания областной партийной организации было создание минимальной промышленной базы в области и формирование кадров национального пролетариата... Одной из важнейших задач партийной организации является вовлечение черкесов в промышленность и выковывание черкесского пролетариата» (ХДНИ ГУ НАРА Ф.1. О.1. Д.169. Л.1.).

Было намечено послать на предприятия края в 1928 г. 343 человека, в 1929 г. – 225 человек для обучения промышленным специальностям.

К этому времени появилась возможность для обучения рабочим специальностям и на предприятиях области. В 1929 г. план подготовки квалифицированных рабочих на предприятиях области утверждён обкомом партии: на госкомбинате (с. Николаевское) – 49, на консервном комбинате – 143, в совхозах – 25, в кенафном производстве – 340, в типографии – 5, на поташном заводе – 40 человек.

Из этого количества 60 человек – женщины-адыгейки (ХДНИ ГУ НАРА Ф.1. О.1. Д.168. Л.268.). Кроме того, на предприятия края посланы 18 женщин-адыгеек.

В 1930 г. в кубанскую промышленность для обучения различным производственным специальностям было послано 104 человека, в том числе 5 женщин; в Северокавказскую краевую промышленность – 17 мужчин и 4 женщины.

В 1931 г. уже третья тысяча практикантов из народов Северного Кавказа по брони направлялась для обучения производственным специальностям на промышленные предприятия края, расположенные за пределами северокавказских автономий.

Адыгейская автономная область направляла на предприятия химической и пищевой промышленности 100 человек.

Ежегодно в годы 1-й пятилетки Адыгея посылала юношей и девушек на фабрики и заводы Северного Кавказа. Под руководством опытных рабочих и инженерно-технических работников они приобретали рабочие специальности. Лучше других готовили национальных рабочих для Адыгеи коллективы предприятий Краснодара – завода им. Калинина, трамвайного депо, пивзавода, кожзавода, стеклозавода (ГУ НАРА Ф. Р-1. О.1. Д.38. Л.6, 25.).

Встречалось, конечно, много трудностей. Во-первых, руководители отдельных предприятий мало обращали внимания на подготовку национальных кадров рабочего класса, не создавали необходимых бытовых условий, предоставляли им работу с более низкой заработной платой. Поэтому отдельные обучавшиеся оставляли работу и учебу, возвращались в свои аулы.

Во-вторых, некоторые работники пренебрежительно относились к посланцам из Адыгеи. Поэтому бюро Адыгейского обкома партии 27 августа 1928 г. постановило: «Просить Кубанский окружной комитет ВКП(б) принять меры к обеспечению посылаемых на предприятия черкесов (адыгов) квартирами, констатировать, что со стороны отдельных работников нет должного внимания к посылаемым» (ХДНИ ГУ НАРА Ф.1. О.1. Д.170. Л.213.).

Подготовка кадров из коренного населения расширялась. В 1929–1931 гг. для Адыгеи было подготовлено 152 квалифицированных рабочих в промышленных центрах страны, 311 человек – в кубанской промышленности, 365 человек – на предприятиях области. В 1931 г. Адыгейский облисполком обсудил вопрос о вербовке адыгейской молодёжи в консервную промышленность. Он решил добиться, чтобы рабочие из адыгов на консервном комбинате достигли 35 % постоянного состава, 50 % – общего числа сезонных рабочих.

В 1931 г. на предприятиях области трудилось 1 311 рабочих. Вместе с ростом количества рабочих росло и количество членов профессиональных союзов. Так, с 1924 по 1928 г. число их увеличилось в 2,1 раза. На 1 июля 1926 г. было 342 члена профсоюзов, на 1 января 1927 г. – 380, на 1 июня 1928 г. – 719 (ГУ НАРА Ф. Р-1. О.1. Д.47. Л.10.).

Постепенное привлечение адыгейской молодёжи в ряды пролетариата приводило к увеличению числа оторванных от аула молодых людей. Часть из них в дальнейшем занялась гуманитарно-просветительской деятельностью.



Сборник материалов IX международной научно-практической конференции «Федор Андреевич Щербина, казачество и народы Северного Кавказа: история и современность» (г. Краснодар, 27 февраля 2009 г.). – Краснодар: ИМСИТ,2009.