Карта казачьих отделов ККВ
Версия для печати

У истоков возрождения кубанского казачества

28.05.2013. Количество просмотров: 549

В.Ф. Шевченко,
аспирант КГУКИ, заместитель атамана хуторского казачьего общества
«Каширинский курень» по физической подготовке казаков

 

Несмотря на все зигзаги истории страны, российское казачество сегодня – реально существующий факт. Только в Краснодарском крае, по недавнему заявлению атамана Кубанского казачьего войска Н.А. Долуды, проживает около 113 тыс. казаков [1]. Казаки ассоциируют себя с народом, который в числе других входит в состав Российской Федерации. Кроме того, казачество позиционирует себя как народ, обладающий особым статусом, сущность которого – в защите Государства Российского и охране порядков, существующих в нем. Особый интерес в плане научного изучения казачества представляет то, что во 2-й половине XX в. казаки заявили о себе, по сути, лишь с развалом СССР. 

Много споров вокруг современного казачества разгорается по предмету возможности или невозможности его возрождения, образа современного казака, смысла существования на сегодняшний день казачества, а также его статуса: народ ли это, сословие или нечто иного рода. В данной статье мы постараемся уйти от этих практически уже вечных для современных исследователей казачества вопросов. Не меньший интерес для нас представляет история возрождения Кубанского казачества. При поэтапном отслеживании событий, которые происходили в то или иное время, анализе мыслей и идей участников этих событий открывается смысл многих явлений, происходящих сегодня с казачьим движением на Кубани.

Конец 80-х – начало 90-х годов стал для Советского Союза, а затем Российской Федерации периодом, когда многие общественные процессы, о которых раньше и помыслить было невозможно, разворачивались невероятно быстро. На Кубани эти годы также стали насыщенными, определяющими для современного Кубанского казачества. Казачий дух, несмотря на семидесятилетнюю опалу со стороны государства, не был изжит. Иначе нельзя объяснить активное общественное движение, которое началось в конце восьмидесятых и продолжилось в ещё более развернутой форме в последующие годы.

В марте 1989 г. на Кубани появляется первая официальная казачья организация – Кубанский казачий клуб [2]. Ее организаторами стали потомки казаков: В.П. Громов, А.Е. Берлизов, Ф.Г. Бунин и др. Общество насчитывало около 30 человек [3]. Задачи его – изучение истории казачества, его традиций и культуры; изучение и изготовление традиционной казачьей формы; коневодство; участие в исторических реконструкциях; а также привлечение новых членов и обучение их всему «казачьему» [2]. Публикации статей о Кубанском казачьем клубе, о его деятельность привели к тому, что на Кубани один за другим начинают создаваться казачьи общества.

Процессы эти не были ограничены Кубанью. На всех территориях, где исторически проживали казаки, а также где оказалось множество их потомков, происходили аналогичные движения. И в Москве было создано казачье землячество – во главе с атаманом известным писателем Гарием Леонтьевичем Немченко. В адрес московского землячества стали поступать просьбы о помощи в организации казачьих обществ. Был намечен созыв учредительного съезда казаков России [4. С. 99].

Съезд прошёл в Москве 30 июня 1990 г. В нём приняли участие делегации из разных уголков Советского Союза – 260 делегатов, 457 гостей; в числе делегатов и кубанские казаки [5]. Опыт участия в этом мероприятии позволил кубанскому казачьему движению интенсировать подготовку к проведению Всекубанского съезда.

Численность казаков, объединявшихся в организацию, росла с каждым днем. К октябрю 1990 г. в Кубанском казачьем клубе было уже около 100 человек [4. С. 84]. Появлялись новые общества – казачий круг «Круглик», кубанская казачья ассоциация «Россия» (г. Горячий ключ), Пашковское станичное общество и др. [6].

Создан был организационный комитет – его возглавил В.П. Громов [5]. А.А. Бабкову поручили подготовить текст обращения к казакам Кубани. В планах предусматривалось создание общественно- патриотической организации кубанских казаков. Помощь в составлении устава оказали и потомственный казак член краевого суда Ю.Н. Загудаев и работник прокуратуры Н.И. Шепель. Принято решение: назвать будущую организацию Кубанской казачьей Радой. Съезд был запланирован на 12–14 октября 1990 г. [7. С. 161].

Кубанцы по-разному оценивали ситуацию. Представители власти основной упор делали на предотвращение разжигания межнациональной розни [8], да и казаки стремились к тому же. На съезд был приглашен председатель общества «Адыге хасэ» А. Схаляхо. В прессе опубликовали совместную статью В. Громова, А. Схаляхо, Н. Куска [9]. Представители казачества напомнили общественности о том, что казачество десятилетиями находилось в незавидном положении, являясь объектом постоянных нападок и упреков [10]. Говорили и о том, в сколь бедственном положении находится казачья самобытная культура [11].

12 октября начал работу 1-й Всекубанский съезд казаков [12]. Накануне съезда, 11 октября прошло освящение знамени Кубанского казачества [4. С. 117]. Съезд проводился в здании Краснодарской краевой филармонии. В том самом, которое в годы Гражданской войны было свидетелем «разгрома Кубанской казачьей Рады», свершенного деникинцами. На съезд прибыли 455 делегатов из 43 городов и районов края и 197 гостей [12].

Практически первым вопросом стал национальный. После выступления А. Схаляхо съезд пришёл к общему мнению: о необходимости единения народа Кубани, о дружбе и взаимопомощи. Самым сложным и эмоциональным оказался вопрос о выборе атамана. Реальными претендентами, между которыми и развернулась борьба, стали: В.П. Громов – кандидат исторических наук, председатель Организационного комитета съезда, атаман Пашковского казачьего общества, и В.И. Каюда, атаман горячеключевской Кубанской казачьей ассоциации «Россия». В итоге дискуссии горячеключевская группа в знак протеста покинула съезд. Атаманом Кубанской казачьей Рады избрали В.П. Громова [12].

На съезде активно обсуждался Устав общества; выработали методы организации, работы Рады, наметили цели её и задачи. Позже Устав был официально зарегистрирован исполкомом краевого Совета народных депутатов [13. С. 320]. Таким образом, движение, называющее себя отдельным народом, регламентировало свою деятельность официальным документом. Этот Устав и ныне представляет большой интерес для изучения статуса казачьего движения на Кубани в тот период, определения его планов дальнейшего развития.

Согласно Уставу, Кубанское казачество – этническая группа населения, со своей самобытной культурой. Кубанская казачья Рада – общественно-патриотическое объединение кубанских казаков – ставила перед собой следующие задачи: изменение земельных отношений в крае, установление экологически безопасных способов хозяйственной деятельности предприятий, восстановление исторической справедливости по отношению к казачеству, изучение истории казачества, пропаганда его культурного наследия, воспитание казачьей молодежи с учетом казачьих ценностей и традиций, проведение общих казачьих мероприятий, восстановление исторических названий, охрана исторических памятников, сотрудничество с землячествами зарубежья [14]. Возрождение, как видим, планировалось в первую очередь в духовном плане. Воплощение же идеи о земельных отношениях, как она тогда понималась, нереально и сегодня.

Членами Кубанской казачьей Рады могли стать крещенные в православии потомки казачьих родов Кубани (и выходцы из них, живущие за пределами исторических территорий, заселяемых кубанскими казаками), достигшие 16-летнего возраста; а также лица, практической деятельностью и жизненными интересами связанные с казачеством, желающие возродить самобытность казачьего этноса, его историю и культуру, активно способствующие этому, признающие требования Устава [14]. Как видим, принцип вступления в казачество практически основывался на древних традициях, национальная же принадлежность особо принципиально не оговаривалась.

Органы управления Радой также соответствовали казачьим традициям. Основные должности – выборные. Каждый казак – член Кубанской казачьей Рады – имел право избираться в правление. Ограничение было только по возрасту – не моложе 25 лет [14].

Важными были предложения, закрепленые в обращении к правительству: о возрождении Кубанского казачьего войска в составе Советской армии, о праве атамана наделять землей казаков, о создании казачьей фракции в крайсовете, выдвижении В.П. Громова кандидатом в депутаты по 15 территориальному избирательному округу [12].

Если Устав еще выглядит достаточно отстраненным (с точки зрения сегодняшнего дня) от бурной политической жизни страны того времени, хотя и в нём были определённые противоречия Конституции СССР и советскому праву [15], то Обращение содержало более приземлённые, не всегда соответствующие законодательству помыслы участников движения. Пункты Обращения свидетельствуют о стремлении Рады внести свою лепту в политическую жизнь страны. Да иначе, наверное, и не могло быть.

Некоторые из предложений были претворены в жизнь в ближайшее время. 29–30 ноября 1990 г. Совет атаманов Союза казаков прошёл в Краснодаре [16]. На Совете была принята Декларация казачества России. В пунктах Декларации упоминались: возрождение воинских формирований, казачье представительство во власти, восстановление экономической самостоятельности [17]. Но только идея о воинских формированиях в рядах армии нашла поддержку правительства. В осенний призыв 1990 г. был сформирован 1-й Кубанский казачий взвод, служба его проходила на Толбинской казачьей заставе в Подмосковье [18].

1990 год стал для Кубанского казачества знаменательным: произошло организованное оформление движения, выявлены его общие цели и задачи; стала по-настоящему возрождаться память о многовековом казачестве. Возрождение на Кубани не было оторвано от аналогичных процессов в стране. Цели возрождения были в основном духовного, культурного плана; но столь многочисленному и активному сообществу невозможно было избежать участия в политической жизни огромной страны, и, как видим, оно это понимало и пыталось отстаивать свою позицию.


Список использованных источников

1. URL: http://www.slavakubani.ru/read.php?id=4456 [Дата обращения: 2.11.2012].
2. Бунин Ф. Мы из казачьего клуба // Комсомолец Кубани. – 1989. 28 марта.
3. Бурмагин А.Г. Мы из кубанского казачьего клуба // Кубанские новости. – 2009. 4 июля.
4. Бурмагин А.Г. От Кубанского казачьего клуба к Кубанской казачьей Раде. – Краснодар, 2009.
5. Громов В.П. Сохранить обычаи и обряды // Советская Кубань. – 1990. 14 июля.
6. URL:http://www.rojdenierus.ru/rojdenie/forum/viewtopic.php?f=45&t=2856&start=0. [Дата обращения: 25.11.2011].
7. Бабков А.А. Казачья карта. – Краснодар, 2011.
8. Кондратенко Н.И. Наш флаг – братство всех народов Кубани. К вопросу о возрождении казачества в крае // Советская Кубань. – 1990. 11 октября.
9. Схаляхо А., Громов В., Куск Н. Обращение // Советская Кубань. – 1990. 10 октября.
10. Берлизов А., Щеголев В. Здравствуйте, братья! // Советская Кубань. – 1990. 10 октября.
11. Ткаченко П. Где спит казачья слава?.. Раздумья о судьбе родного края и утраченной духовности // Советская Кубань. – 1990. 13 октября.
12. Панчишкина О. В Рождество казацкое // Комсомолец Кубани. – 1990. 17 октября.
13. Летопись Кубанского казачьего войска: 1696–2006 / под общ. ред. проф. В.Н. Ратушняка. – Краснодар: ОИПЦ «Перспективы образования», 2006.
14. URL:http://www.referent.ru1/22716 [Дата обращения: 11.07.2012].
15. Тарасенко М. Что хотят возродить организаторы казачьего круга? // Советская Кубань. – 1990. 10 октября.
16. Бушев А. Шашки наголо? // Комсомольская правда. – 1990. 16 декабря.
17. URL: http://www.old.nasledie.ru/oborg/2_18/0119/01.htm [Дата обращения: 25.02.2012].
18. Панчишкина О. Первый казачий // Комсомолец Кубани. – 1990. 16 декабря.


Научное наследие Фёдора Андреевича Щербины и современность: сборник материалов XIII научно- практической конференции «Научное наследие Фёдора Андреевича Щербины и современность», г. Краснодар, 22 февраля 2013 г. – Краснодар: ИМСИТ, 2013. – 348 с.

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел: История ККВ // C 1989 года

Рейтинг@Mail.ru