А.-Л.Ю. Муляр, кандидат социологических наук,
научный сотрудник Адыгейского республиканского ордена «Знак Почета»
института гуманитарных исследований им. Т. Керашева

 

Под общественными организациями понимаются добровольные, самоуправляемые, некоммерческие формирования, созданные по инициативе граждан, объединившихся на основе общности интересов для реализации общих целей, указанных в уставе общественного объединения. По своей правовой природе они, в соответствии с Федеральным законом «Об общественных объединениях», являются свободными коллективными образованиями [1].

Одной из форм общественных организаций, способных решать социальные, культурные и, отчасти, политические задачи, являются казачьи объединения. По различным экспертным оценкам численность граждан Российской Федерации, относящих себя к казакам, составляет порядка 6 млн. человек. В настоящее время в 75 субъектах Российской Федерации зарегистрировано более 400 общественных объединений казаков – местных, региональных, межрегиональных, общероссийских, международных, создаваемых в соответствии с Федеральным законом «Об общественных объединениях» и ставящих своей целью возрождение казачества. Кроме того, как отмечают некоторые исследователи, предпринимаются попытки создания территориальных объединений казаков в форме органов территориального общественного самоуправления, создаваемых в соответствии с государственным законодательством о местном самоуправлении, а также хозяйствующих субъектов, уставы которых именуются казачьими [2].

Ростовская и Астраханская области, Краснодарский и Ставропольский края по праву считаются не только житницей страны, но и территорией, где вырабатывались и сохранялись лучшие  казачьи традиции и ценности, которые, что называется, пережили века. И в настоящее время казачество Юга России занимает особое местно в этнопанораме региона, являясь, с одной стороны, серьезной политической силой, обеспечивающей социально-политическую стабильность, с другой – уникальным культурным феноменом, действенным институтом патриотического воспитания, прежде всего, молодежи.

Казачество играет определенную роль в развитии, укреплении социальной структуры и обеспечении социального порядка в современном российском обществе. Без сомнения, важную роль в возрождении, активизации и укреплении роли казачества в современной России сыграли не только сами казаки, но и принятие государственных законодательных актов в этом направлении. Это позволило казачеству выработать современную идеологию этого движения и определить свой статус и место в современном российском обществе. Задача состояла в том, чтобы не только возродить славные казачьи традиции, но и сделать их привлекательными и востребованными для современного человека. Это было очень важно, потому как процесс возрождения казачества вызвал неоднозначную реакцию и настороженность ряда этносов, населяющих Северо-Западный Кавказ, сказывались устоявшиеся стереотипы и сохранившаяся историческая память.

Перестройка, а затем и начавшиеся демократические преобразования в стране создавали основу для возрождения казачества, которое началось с конца 1980-х гг. Впоследствии была принята Федеральная целевая программа государственной поддержки казачьих центров и Закон «О государственной службе российского казачества» (2005 г.). Согласно этим законодательным актам казачество подключилось к борьбе с терроризмом, охране государственной границы и общественного порядка, к мероприятиям по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и стихийных бедствий и др. Принимаемые меры создавали большой простор для возрождения казачества, переведя его из культурной сферы в сферы политическую, социальную и военную.

В соответствии с законодательством Российской Федерации на основе договоров с федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления казаки стали привлекаться: к невооруженной охране объектов, находящихся в государственной и муниципальной собственности, в том числе объектов обеспечения жизнедеятельности населения; сопровождению грузов, что позволяет освобождать силовые структуры от выполнения несвойственных им функций.

На Кубани началом возрождения казачества считается 1990 г., когда 12 октября в г. Краснодаре состоялся Учредительный съезд казаков Кубани. На него прибыли 455 делегатов из 48 районов края и Адыгеи и 197 гостей. На съезде была создана общественная организация, названная Кубанской казачьей радой, которую впоследствии сменило Всекубанское казачье войско, а затем и Кубанское войсковое казачье общество. На учредительном съезде были приняты устав и программа Кубанской казачьей рады, избран и приведен к присяге атаман В.П. Громов, избраны также помощники атамана и совет атаманов, члены правления Рады, ревизионная комиссия, суд чести, совет стариков [3].

На рубеже 80-х–90-х гг. ХХ в. начался процесс создания казачьих обществ и в Адыгее. 6 октября 1990 г. в Майкопе состоялось заседание Учредительной рады культурно-исторического общества «Товарищество казаков Майкопского отдела». В нем участвовали казаки и их потомки – жители города Майкопа, Гиагинского, Майкопского, Красногвардейского, Шовгеновского, Апшеронского, Мостовского районов, а также представители казачества из Краснодара, Горячего Ключа и других городов. Как общественная организация был создан Союз казаков Адыгеи, атаманом которого стал директор конезавода «Майкопский» Б.А. Куценко [4]. На начальном этапе достаточно остро стоял вопрос об организационном единстве. В Майкопе самостийно возникло несколько куреней, объединивших казаков по месту жительства. Назревал раскол, но, в конце концов, благоразумие восторжествовало. Куренные атаманы заявили, что они не собираются выходить из состава городского союза казаков, однако требовали принять новую организационную структуру казачьего общества [5].

Вслед за Союзом казаков Адыгеи 24 ноября 1990 г. возникла еще одна общественная организация – Тульский казачий отдел, в который на первых порах вошли казачьи общества из поселков Тульского, Каменномостского, Первомайского, станиц Курджипской, Кужорской и Абадзехской [6]. Только за первый год работы Тульскому отделу удалось сделать немало. Работа велась по следующим  направлениям – возрождение казачьей культуры, традиций и обычаев, укрепление экономики казачьих обществ. Правление отдела оказывало помощь энтузиастам, ведущим сбор фольклорного материала, документов о жизни и быте казаков (старых фотоснимков, документов о бывших земельных владениях, предметов прикладного искусства и др.). Тульский казачий отдел начал выпуск газеты «Всё». Почти тысяча экземпляров первого номера разошлась по казачьим обществам района [7].

В 1991 г. по решению Кубанской казачьей Рады на основе станичных и хуторских казачьих обществ стали создаваться районные казачьи общества, а с 1992 г. казачьи отделы. В 1992 г. В. Сальников писал: «Сегодня можно уверенно говорить, что движение казачества переросло этнографо-краеведческие рамки и стремится заявить о себе, как о реальной силе» [8]. В дальнейшем процессу формирования института общественных казачьих организаций в Республике Адыгея способствовало принятие 23 июля 1996 г. постановления Кабинета Министров «О государственном реестре казачьих обществ в Республике Адыгея» [9]. Этот документ способствовал активизации работы администраций городов и районов, атаманов казачьих обществ, входящих в состав Майкопского отдела.

В настоящее время Майкопский казачий отдел состоит из 8 районных обществ, расположенных непосредственно в Республике Адыгея (Гиагинское,  Майкопское, Кошехабльское, Красногвардейское и РКО г. Майкопа) и в Краснодарском крае (Апшеронское, Белореченское и Мостовское), 58 хуторских и станичных казачьих обществ [10].

Деятельность казачьих организаций Адыгеи носит многоуровневый и разноплановый характер. В качестве основных направлений можно выделить следующие. Культурно-воспитательное, подразумевающее возрождение казачьей культуры через создание центров казачьей культуры, развитие творчества детей и молодежи, экологического, исторического и военно-патриотического воспитания, а также центров дополнительного образования. Так под эгидой казачьего общества города Майкопа проводится праздник «Казачья весна», а региональный фестиваль казачьей культуры, ежегодно собирающий на свой форум в конце мая тысячи участников со всей России стал визитной карточкой не только Майкопского районного казачьего общества, но и всего Кубанского казачества.

Второе направление акцентирует внимание на образовательном процессе; это выражается в функционировании образовательных учреждений со статусом «казачье» и введении региональной казачьей компоненты в образовательный процесс. В частности, только в Мостовском районном казачьем отделе действует 33 класса казачьей направленности [11].

Третье направление охватывает работу казачьих кадетских корпусов.

Четвертое – нацелено на оказание социальной поддержки и помощи детям и семьям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации. Необходимо отметить, что казачьи организации не преследуют цели «оказачивания» молодежи в процессе ее социализации. 

Основные виды социальной активности казачьих организаций проявляются в деятельности муниципальных дружин и несении воинской службы. Так, в 1995 г. в п. Тульском при администрации поселкового округа создана и работает казачья дружина по охране общественного порядка. Когда казаки вышли на охрану общественного порядка, то можно было услышать всякое в их адрес. Первая реакция была такой: «Вот вырядились, нагаечники!» Прошло немного времени и люди убедились, что казаки придерживаются не карательных методов, а предупреждающей тактики. В результате намного уменьшилось распитие спиртных напитков, курения, драк, нарушений общественного порядка на массовых мероприятиях.  «Теперь можно услышать от молодежи: «На дискотеке с казаками стало спокойнее» [12].

Члены казачьих обществ могут участвовать в обеспечении пожарной безопасности, особенно в регионах повышенной пожароопасности, когда дефицит людских ресурсов и техники можно компенсировать за счет привлечения казачества. Например, в Гиагинском районном казачьем обществе создана добровольная пожарная дружина по предупреждению и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций [13].

Проведенный анализ позволяет сделать вывод, что казачество через трудности и противоречия начинает занимать все более заметное место в общественной жизни как России в целом, так и отдельных ее регионов, становясь одним из значимых элементов гражданского общества.

Литература:


1. Собрание законодательства РФ. 22.05.1995. N 21. ст. 1930.
2. Федотов В.Н., Федотов А.В. Возрождение казачества: законодательные концепции и права человека // Аналитический вестник. Серия: Права человека в России: правовые средства защиты права – 2. М., 2000. С. 4–6.
3. Мальцев В.Н. Съезд кубанских казаков // Адыгейская правда. 1990. 23 октября. С. 4.
4. Куценко Б. Так было и есть. Казак адыгу – кунак // Советская Адыгея. 1991. 17 января. С. 2.
5. Избран атаман. Красное знамя. 1990. 5 октября.
6. Галецкий М.Е. Долой папахи, казаки! // Маяк. 1990. 2 декабря. С. 2.
7. Сачук А.Б. Казацкому роду нет переводу // Советская Адыгея. 1991. 12 октября. С. 4.
8. Сальников В. До опоры державы – далеко…  // Майкопские новости. 1992. 5 июня.  
9. Черепанов К. Запишись, казак, в реестр // Советская Адыгея. 1996. 3 августа. С. 2.
10. Майкопский казачий отдел 2010. Майкоп. 2010. С. 17.
11. Там же. С. 33.
12. Исаев Г.И. Стало спокойнее // Маяк. 1996. 11 сентября.
13. В одном из районов Адыгеи создана пожарная дружина казаков // ИА REGNUM Новости 05/10/2010 - Режим доступа: http://www.kazakdona.ru/index.php?nma=blog&fla=news&cat=1&ids= 1&idd=8



Источник: Вопросы казачьей истории и культуры: Выпуск 6 / М.Е. Галецкий, Н.Н Денисова, Г.Б. Луганская; Кубанская ассоциация «Региональный фестиваль казачьей культуры»; отдел славяно-адыгских культурных связей Адыгейского республиканского института гуманитарных исследований им. Т. Керашева.– Майкоп: Изд-во АГУ, 2011.