«Казак без земли не казак» — так назывались заметки известного кубанского ученого доктора исторических наук члена Совета по казачеству при Президенте Российской Федерации В.Н. Ратушняка, опубликованные в «Вольной Кубани» в конце прошлого года. Они не оставили равнодушными наших читателей. Суть откликов подтверждает мысль автора заметок: казак всегда был при земле, сначала военным крестьянином, потом хлебопашцем, кормившим всю страну. Казачьи хутора и наделы выросли до станиц и колхозов. Сегодня возрождение казачества (не только как экономический фактор, но и в смысле патриотической надежды) связывается с развитием фермерства. Многие казаки в сельских казачьих обществах владеют ЛПХ или КФХ. Будущее, считает автор заметок, за объединением, кооперированием, коллективным использованием земли членами казачьего общества. Одного из таких фермеров-казаков знает весь Темрюкский район и не только. Имя атамана, садовода и фермера Юрия Алексеевича Рыжевского известно в крае, к нему едут за опытом американские фермеры, в его садах доводят до кондиции новые сорта персиков и слив ученые-плодоовощеводы.

Черешневое лето от Рыжевского

В июне этого года в станице Вышестеблиевской Темрюкского района прошел семинар владельцев личных подсобных и крестьянско-фермерских хозяйств. Темой семинара стала… черешня. Да, королева июня — сладкая, крупная и, увы, очень сезонная. Кто не успел отведать в начале лета черешни, тот, считай, лето провел зря. В Темрюкском районе и самим темрючанам, и многочисленным гостям-курортникам черешневое лето запоминается надолго благодаря тому, что черешня сегодня такой же бренд Тамани, как арбузы и виноград. Есть в этом тонком деле и свои передовики.

Вот и на прошедшем семинаре опытом по выращиванию июньской фрукты делился руководитель КФХ «Гермес» Юрий Алексеевич Рыжевский. На базе его хозяйства и проводился семинар. Десять долгих лет отдал фермер черешневому саду, изучил нравы капризной красавицы от и до и достиг потрясающих результатов: с одного гектара фермер собирает до 30 тонн черешни. Сочные и сладкие плоды достигают в диаметре трех сантиметров! Как ему это удалось, и выясняли коллеги-садоводы Тамани.

В чем секрет успеха Рыжевского? Как говорит сам Юрий Алексеевич, во-первых, он закупает районированные сорта черешни, которые подходят к климату Тамани, во-вторых, это модернизация старых технологий в садоводстве. К примеру, схема закладки шесть метров на три и система обрезки деревьев по типу испанского куста делает дерево ветвистым и невысоким, всего 2,5 метра. Это позволяет получать высокий урожай, а снимать его и делать обрезку — прямо с земли, снижая трудовые затраты. И третье — «черешневый конвейер»: первый урожай черешни его сад дает уже в начале июня, затем поспевают средние и поздние сорта.

Сад как жизнь

Мы с коллегой (Елена Игнатенко — корреспондент темрюкской газеты «Тамань») приехали в крестьянско-фермерское хозяйство «Гермес» в короткое «межсезонье»: черешню уже собрали, а персики вот-вот дозреют, слива практически готова к съему. Идем по чистым междурядьям, хватаясь за фотоаппараты у каждого дерева. Кадры один другого зрелищнее — то сизые крупные сливы, то ярко-розовые гроздья нектарина (далекий от науки народ зовет этот гибрид сливы и персика просто «лысый персик»).

Под наши дилетантские восторги хозяин читает нам краткий курс садоводства. Между делом показывает, какое это тонкое дело — съем персика: надо на ощупь определить степень спелости, ведь незрелый нектарин, если его преждевременно сорвать, не «дойдет», это вам не помидор. Демонстрирует терносливу и миндаль — их он выращивает для опытного выведения сортов. Потом рассказывает, какие опылители использует и как сотрудничает с наукой. Восемь гектаров у него под алычой, сливой, персиком. Шесть сортов персика — от раннего Фаворита до самого позднего Память Симиренко. Слива — немецкие сорта и кубанские, Кубанская ранняя дает плоды размером с яблоко, до 150 граммов весом. Два гектара под черешней, на десяти гектарах виноградники, и здесь без экспериментов хозяин не может — в этом году посадил два гектара сорта Кишмиш золотистый.

— Но легко только сказка сказывается, — говорит Юрий Алексеевич. — К настоящему урожаю идешь лет пять. Посадил дерево и наблюдаешь, как оно ведет себя, какой урожай дает, как сорт проявил себя здесь и сейчас. А дальше — с первого плодоношения отбираем деревья, давшие самые крупные плоды, ведем селекционную работу. Так отбором и селекцией мы довели персиковый сад с урожайности в 10 центнеров с гектара до 25—30, черешня уже дает до 40 центнеров, алыча — до 30. В саду, если ты по-настоящему увлечен, можно круглый год находиться. Весной и осенью обрезка, обработка сада, пахота, чтобы влагу сохранить. Так что отдыхаем после сбора урожая, и то недели две — больше не удается.

Давно профессионально и лично связан он с семьей директора Крымской опытно-селекционной станции В.Г. Еремина. С самим Виктором Геннадьевичем учился в Кубанском аграрном университете, а отец Геннадий Викторович Еремин там преподавал. Сотрудничает Юрий Алексеевич с фирмами «Фанагория», «Русский Азов» по части новых сортов винограда. Теперь сад Рыжевского — это еще и опытная площадка для выведения и апробации новых сортов.

Удача любит щедрых

Здесь не могу не сделать маленькое отступление. Юрий Алексеевич из тех людей, кто и гостям рад, и сам охотно в гости идет. Вниманием ни прессы, ни коллег он не обделен, едут к нему и опытные садоводы, и зеленые, кому не просто рассказать — разжевать надо. А ведь время-то не идет — бежит. Золотые часы короткого сезона. Но тут, наверное, в фермере побеждает ученый агроном-популяризатор, и он готов костьми лечь, лишь бы его опыт, на который, кстати, ушли годы жизни, дал старт, стал ступенькой роста для другого, начинающего земледельца, садовода.

К чему я все это? А вот к чему. Биография журналиста богата на встречи. Собственно, они и составляют самое ценное в профессии, это та искра, из которой пламя и разгорается. Но есть встречи, от которых чувствуешь новый вкус к жизни, а есть — оставляющие тяжелое послевкусие. Приезжаешь к иному «барину» — вроде и образованием человек не обижен, и деньги есть, а претензии к миру явно перехлестывают. И с особым удовольствием всю накопившуюся желчь он на тебя вываливает. Уехать нельзя и возразить нечего, понимая, что никакие деньги, успех не сделают (помните?) душу большой…

Кстати, Рыжевский в своем подвижничестве в Темрюкском районе не одинок. Знаменитый бахчевод Александр Николаевич Ерохин также разбил представление о фермере как богаче-одиночке за высоким забором. Он не только объединил бахчеводов района для совместного сбыта продукции, но и начал собирать их на своем личном подворье, организуя встречи с учеными, семеноводами. Да и первый фестиваль «Арбузный рай» он предложил провести, а сейчас, уже на третий фестиваль, готовит сюрприз — памятник Арбузу.

Дорога к саду

Так что мы, к большому удовольствию, нашли в главе КФХ «Гермес» человека образованного, интеллигентного, умного не поверхностно, не по-книжному, а, что называется, мудрого, склонного искать и сомневаться. При этом общепринятого возраста мудрости Юрий Алексеевич (ему 46 лет) вроде еще и не достиг.

Его путь в фермерство ничего необычного не содержит. Так, с желания прокормить семью, в 90-е годы начинали многие. Начинали многие, но удержались единицы.

В 1991 году окончил Юрий Рыжевский аграрный университет, приехал в родную Вышестеблиевскую, пошел бригадиром на виноградники, потом работал агрономом. Жена Оксана — ветврач, оба окончили институт с красным дипломом. Семья сложилась еще в институте. Земляк Алексей Щербаков, директор ООО «Лиманный», там тоже учился. Будучи женат, с подругой жены и познакомил. Поженились в 1986 году, на будущий год супруги сыграют еще одну, уже серебряную свадьбу.

Вскоре дочь родилась, потом сын. А времена тогда какие были! Не то что семью накормить — мышь в холодильнике могла подохнуть! Так и стал крестьянский сын чуть ли не первым фермером, взял в аренду землю под овощи. Что только за эти годы не выращивали — от картошки до помидоров, лука и винограда. Хозяйство назвали «Гермес» (сразу чувствуется наличие диплома у фермера), чтобы, значит, земледелие и торговлю объединить. Дела шли туго: год отработали, а тут дефолт — и плакали ваши денежки. Бывали времена, когда жили на пенсию бабушки. Трудно налаживались отношения с односельчанами. Поднимающемуся с колен фермеру и деревья рубили, и сено жгли. Сегодня Рыжевский зла не помнит, да ведь слова из песни не выкинешь, что было, то было.

Но была у Юрия Алексеевича давнишняя любовь к садам. Чувство родного дома — это белые купы яблонь, вишен, слив. Опять же — овощами к тому времени уже никого было не удивить, а садом… С 2000 года начал он потихоньку к мечте своей двигаться. Сначала подумали с женой и посчитали. Яблоки на здешних землях будут что горох, нужны культуры под таманскую почву и климат. Персики, сливы, алыча, черешня, виноград, все это любит солнце, а на Тамани, как известно, оно светит больше 300 дней в году.

Сегодня садоводство стало семейным бизнесом Рыжевских. Юрий Алексеевич — глава КФХ, он же селекционер и агроном. Жена Оксана Викторовна десять лет отработала ветврачом, но дела семьи заставили сменить профессию, она ведет торгово-бухгалтерские дела. Сын Андрей и зять Евгений — менеджеры. Правая рука — дочь — окончила торгово-экономический факультет, тоже помогает.

Какой ты в жизни след оставишь…

Пришла пора сказать, что Юрий Алексеевич Рыжевский не только фермер со стажем, но и атаман Вышестеблиевского казачьего общества, причем бессменный вот уже десять лет, с 1995 года. В станице Вышестеблиевской одно из самых крепких и авторитетных казачьих обществ, не на словах, а на деле утверждающих казачью культуру, традиции, стиль жизни, если хотите.

— Когда-то, — рассказывает Юрий Алексеевич, приглашая нас в свой «офис» — дощатый вагончик на краю сада, он же штаб атамана, — в казачество шли от некоего чувства протеста, и у нас численность общества доходила до нескольких сотен человек и более. Это когда казаки больше митинговали, чем делом подкрепляли свои погоны. Потом горлопаны отпали, а вокруг правления сплотились казаки-земледельцы, фермеры. Этот костяк около 50 человек все эти годы и держится. Главная заповедь казака, я считаю, какой ты след после себя оставишь.

Вышестеблиевские казаки такой след оставили. В 30-е годы в станице была церковь, которую в годы воинствующего атеизма, как водится, разрушили. Казаки поставили своей целью церковь на родную землю вернуть. Сначала вернули сельского батюшку — священника. Первым появился отец Сергий, ему казачье общество в складчину купило квартиру, а в старом здании бывшего сельсовета открыли приход. Сегодня заложен фундамент настоящего храма. По просьбе нынешнего батюшки отца Андрея (его тоже, кстати многодетного отца, обеспечили жильем) со строительством решили не торопиться, авралы не устраивать. Идея проста: надо дать возможность каждому жителю внести свой вклад в строящийся храм. Кто деньгами, кто трудом. Ведь так, всем миром, раньше и строили сельские церкви. Три кадетских класса в станичной школе, опекаемых казачьим обществом. Казаки не только школе материально помогают, но и казачат учат, как вырасти правильными людьми. А еще поддерживают детский коллектив «Барвиночки», он постоянный участник районных и краевых конкурсов, тоже «при обществе».

И снова маленькое отступление. Не от каждого нынешнего бизнесмена услышишь… о душе. Нет, что-то такое у всех бывает, лечат они этот душевный непокой проверенным средством — сорокаградусной. А вот сказать, что он ходит в церковь, чтобы душу в порядок привести, что так бывает душе тяжело и только в храме можно ее выправить… Особенно молодежи это нужно как воздух — размышляет атаман. «Мы и внуков водим. Нет веры крепче, чем когда она с детства входит в твою жизнь и там уже навсегда поселяется как часть тебя».

О казачьих корнях и гармошке

За спиной Юрия Алексеевича, как и положено в атаманском штабе, знамя Кубанского казачьего войска, кривая кавалерийская сабля, булава — символ власти атамана, казачий кинжал. В красном углу — икона, на стене репродукция картины «Запорожцы пишут письмо турецкому султану».

— Не совсем репродукция, — говорит хозяин. — Эту картину мне, восьмилетнему, еще мой дед Иван Александрович Зикрань подарил. Потом нашелся художник и по бумаге красками искусно прошелся. Так что, можно сказать, раритет. А уж по смыслу так ей здесь самое место.

Корни семьи Рыжевских — на Ставрополье. Деды и прадеды — запорожские казаки, осевшие там еще с тех, екатерининских времен.

— Казачество, — говорит Юрий Алексеевич, — сколько раз выжигали каленым железом, а оно прорастало. Дед по линии жены был репрессирован в 1918 году. Был он крепким хозяином, в станице под Белой Глиной еще его мельница стоит. Там и кирпичный завод был. Завода уже нет, а церковь, построенная из того кирпича, стоит. Мой дед служил в казачьих войсках, отец — «чернобылец», орден Мужества имеет за участие в ликвидации последствий аварии. Мама — виноградарь. Сын Андрей пошел по моим стопам, он студент факультета плодоводства аграрного университета.

Есть в семье еще одна страсть, объединяющая, во всяком случае, мужскую ее часть.

— В детстве, — вспоминает Юрий Алексеевич, — как соберется родня, так песни до утра. А еще гармошка. Мне маленькому гармошку подарил дядя Виктор Макарович Рыжевский, я ее из рук не выпускал. А потом своему сыну передал. Он с ней даже на Всероссийский фестиваль «Казачок», что проводится в Анапе, попал и пять лет подряд в нем участвовал. В 2006 году в Вышестеблиевскую заехала группа телевизионщиков с канала «Звезда». Снимали они, как в глубинке люди живут, талантами интересовались. Моего лауреата тоже снимали. Но не это даже главное. Насмешили и опечалили нас журналисты вот чем. Один признался, что за последние десять лет впервые фильм делает о России, все о заграничных красотах снимают. Думали, что в Тамани, на краю земли, только волки воют, а здесь, оказывается…

— Когда-то казакам была поставлена историческая задача: в Тамани жить, верно служить, границу держать, — размышляет атаман. — Сколько лет с тех пор прошло, а по сути мало что изменилось. Границу держать — значит владеть землей, прорастать в нее корнями, детей рядом сажать, чтобы не были они как перекати-поле, не росли Иванами, не помнящими родства. Эта граница надежнее любой каменной стены будет. На том стоим.

Собкор «Вольной Кубани»

Десять долгих лет отдал фермер черешневому саду, изучил нравы капризной красавицы от и до и достиг потрясающих результатов: с одного гектара фермер собирает до 30 тонн черешни. Сочные и сладкие плоды достигают в диаметре трех сантиметров!

— Когда-то казакам была поставлена историческая задача: в Тамани жить, верно служить, границу держать, — размышляет атаман. — Сколько лет с тех пор прошло, а по сути мало что изменилось. Границу держать — значит владеть землей, прорастать в нее корнями, детей рядом сажать, чтобы не были они как перекати-поле, не росли Иванами, не помнящими родства.


Любовь Чуцкова

Материал с сайта газеты «Вольная Кубань» http://gazetavk.ru
Фото: http://muslib.ru