Г.Г. Гилёв,
аспирант Академии ИМСИТ


Купечество как привилегированное сословие сложилось в России в XVIII – начале ХХ вв. Это так называемое «третье сословие» – после дворянства и духовенства.

«Жалованная грамота городам» 1785 г. определила сословные права и привилегии купечества. Оно было освобождено от подушной подати, телесных наказаний, а его верхушка – и от рекрутчины. Купцы имели право свободного передвижения – так называемая «паспортная льгота». Для поощрения купцов было введено Почётное гражданство [3].

Сословный статус купца определял имущественный ценз. С конца XVIII в. купечество делилось на три гильдии. Принадлежность к одной из них определялась размерами капитала, с которого купец обязан был выплачивать ежегодно гильдéйский взнос в размере 1 % от общего капитала. Это затрудняло доступ в купечество представителям других слоёв населения. За период с начала XIX в. и до революции 1917 г. купечество выросло со 125 тысяч человек мужского пола до 230 тысяч. Однако 70–80 % относилось к третьей гильдии.

К началу ХХ в. сословные границы купечества потеряли чёткость, многие богатые его представители получили дворянские титулы. И – наоборот: его ряды пополнила часть мещанства и крестьянства. Купечество стало основой формирующейся торговой, финансовой и промышленной буржуазии.

В первой половине XVIII в. формировались торговые привилегии купечества. В 1709 г. всем торгующим и занимающимся промыслами было предписано приписываться к городским посадам. В 1722 г. образована сословная группа «торгующих крестьян». Включение в группу давало возможность для законного проживания в городе и пользования равными с посадским населением торговыми правами. Группа торгующих крестьян просуществовала до Жалованной грамоты городам 1785 г.

До гильдейской реформы 1775 г. в официальных документах посадских зачастую считали купечеством. Большая часть таких купцов не торговала – занималась ремеслом, сельским хозяйством, работала по найму…

Таможенный устав 1755 г. разрешал лицам, не входящим в купечество, торговать только продуктами собственного производства, а другими товарами – по специальной описи. В 1760 г. Правительствующий Сенат издал указ о «неторговании никому разночинцам, кроме купечества, никакими российскими и иностранными товарами».

С 1775 по 1785 г. гильдейские сборы оставались на низком уровне. В купечество записывалось большое количество мещан, крестьян и цеховых. До гильдейской реформы Е.Ф. Канкрина 1824 г. ставки гильдейских сборов и размеры объявляемых капиталов постоянно повышались, что приводило к снижению численности купечества. В большом количестве купцы выбывали из третьей гильдии [3].

Указом от 29 декабря 1812 г. сословно-податная группа «торгующих крестьян» была восстановлена. Торгующие крестьяне получили сравнимые с купечеством торговые права. При этом им было не обязательно было записываться в купечество. Это также не способствовало росту количества купцов.

После гильдейской реформы Е.Ф. Канкрина 1824 г. ставки гильдейских сборов и размер объявленных капиталов были снижены до уровня 1812 г. Вновь начался приток мещан в третью купеческую гильдию. Этому способствовало также выделение особой группы «торгующих мещан».

Торгующие мещане для торговой деятельности должны были получать промысловые свидетельства, стоимость которых была сопоставима с гильдейским сбором III купеческой гильдии. Вступление в купечество повышало социальный статус. В 1826–1827 гг. категория торгующих мещан была отменена [4].

В 1830–1850 гг. отмечалось значительное поступление в купечество крестьян. Основная масса из этой группы – выходцы из государственных крестьян.

В 1834 г. Госсовет принял решение ограничить привилегии сибирских бухарцев. Им теперь разрешалось торговать без уплаты гильдейских пошлин только на границе и в своём городе. Это вызвало массовый приток в купечество азиатских торговцев. В 1854 г. они уже выделяются в специальную группу купцов-«магометан».

В Сибири в XVIII в. началось сокращение служилых людей, замещение их регулярными войсками. Служилые люди записывались в купечество и разночинцы. Поступление в купечество бывших военнослужащих значительно сократилось в первой половине XIX в.

В конце XVIII в. в купечество интенсивно переходили представители цеховой сословной группы. С ростом гильдейских сборов эти переходы практических прекратились.

Манифест 1 января1807 г. разрешил дворянам записываться в две первые купеческие гильдии, а с 1827 г. дворяне могли записываться и в третью гильдию. После этого начался переход в купечество дворян и бывших чиновников. Некоторые чиновники занимались торговыми делами, состоя на службе. Для этого они записывали в гильдии своих жён или родственников [3].

Купеческие дома во многом определили лицо исторической части российских городов. Купеческие особняки формировали торговые зоны городов.

Купцы жили в одно- или двухэтажных деревянных или каменных особняках. В первом этаже и подвале могли размещаться склад, магазин, лавка, контора; жили прислуга или дальние родственники. Второй этаж – жилой. Каменные дома – с толстыми стенами, деревянные – с богатой резьбой. Двухэтажные дома с балконами, лоджиями, большими окнами. Каменные дома – с приметными фасадами. Появилась даже особая "купеческая" кладка кирпича. Украшались кирпичные дома коваными решётками, чугунными лестницами, парапетами… [2]. Большинство купеческих домов крылось железными крышами. Их красили, как правило, в зелёный или красный цвет.

Дома строились основательные – на века, больших площадей – для потомков. По данным городской переписи Омска 1877 г. в купеческих семьях на одного человека в среднем приходилось две комнаты.

Купцы как люди зажиточные могли себе позволить инновации в строительстве. Так, в Кузнецке первый дом с балконом построил купец Пётр Баранов в 1852 г., а первый дом с мезонином – купец Алексей Бехтенев в 1856 г. Первую электростанцию в Сибири построил в 1885 г. в своём доме красноярский купец Гадалов [3].

В Сибири среди небогатых купцов (и зажиточных мещан) были популярны полукаменные дома. Первый этаж такого дома (или полуподвал) выполнялся из камня, второй – из дерева.

Купцы первых поколений, несмотря на богатое внутреннее убранство дома, продолжали сохранять крестьянский уклад, жили в скромных задних комнатах дома, много времени проводили на большой кухне. В конце XIX в. в купеческих домах появляются специализированные комнаты – кабинеты, библиотеки…

Во многих городах улицы назывались в честь купцов. В Томске – Евграфовская, Большая и Малая Королевская, Дроздовская, Ереневская; в Енисейске – в честь А.С. Баландина… [1].

В 1860 г. была образована Кубанская область, Черноморское войско переименовано в Кубанское. Вслед за отменой крепостного права и вступлением России на путь капиталистического развития город стал превращаться в торгово-промышленный центр. В 1867 г. Екатеринодар из войскового города был преобразован в гражданский. Не пожелав перейти в мещанское или купеческое сословие, более 800 семей казаков переселились в ближайшие станицы.

Этот уход вскоре возместился притоком нового населения – иногородних. Иногородние не принадлежали к казакам и, находясь в значительно худших экономических условиях, нежели коренное население, были наиболее активной и революционно настроенной частью жителей Кубанской области, особенно в начале ХХ столетия и в период Гражданской войны.

В 1869 г. начала заселяться окраина города – за железнодорожным виадуком, около горпарка. Земля продавалась дёшево – от 6 до 24 коп. за одну квадратную сажень, её быстро приобретала беднота, главным образом – крестьяне.

Екатеринодар к этому времени стал одним из рынков, где обездоленные предлагали свой труд. Огромное значение для развития города имело строительство железных дорог. В 1875 г. вступила в эксплуатацию Владикавказская дорога, связавшая Ростов с Закавказьем. Спустя 12 лет от Тихорецка протянулись рельсы сначала до Екатеринодара, затем и до Новороссийска. К 1901 г. Екатеринодар соединился железной дорогой со станцией Кавказской. В годы Первой мировой войны закончилось строительство дорог от Екатеринодара до Приморско-Ахтарской. В конце прошлого века Екатеринодар был уже крупным железнодорожным узлом. Через него направлялись грузы в Новороссийский порт, оттуда – за границу.

Развитие сельскохозяйственных производств вызвало создание в Екатеринодаре ряда отраслей пищевой промышленности – маслобойной, мукомольной, рыбной. В 1903 г. в городе имелось около 70 различных мелких предприятий и мастерских, в том числе – 3 чугунолитейных, 3 маслобойных, 8 кожевенных, свыше 20 кирпичных, 7 мельничных и т. д. На них работало 1 875 человек; а вместе с железнодорожниками трудилось около 3 000 рабочих.

Население города быстро увеличивалось. Если в 1871 г. здесь жило 17 522 человека, то в 1890 г. – 66 808, а 20 лет спустя – 95 168 жителей. В последнем предреволюционном году население Екатеринодара составляло 108 275 человек [2].

…Настоящий клад для современных предпринимателей – опыт становления и подъёма семейного дела Тарасовых. Начав с одной лавчонки, этот купеческий род достиг небывалых высот в отечественной экономике.

В торговле мануфактурой Аслану Тарасову помогали пятеро сыновей – Ованес (Иван), Александр, Лазарь, Гавриил и Михаил. Когда в 1857 г. он скончался, дело перешло в руки старшего – Ивана. К этому времени лавка в Армавире обросла сетью магазинов по всему Северному Кавказу, и капитал Тарасовых прирастал с каждым годом. Во всяком случае, с пустыми руками братьев Тарасовых в купеческое сословие Екатеринодара не пустили бы: слишком ответственным и почётным считалась причастность к этой гильдии, диктовавшей приоритеты на рынке. Тарасовы удостоились этой чести в 1879 году, имея к тому времени и развитую сеть торговли в регионе, и ватную фабрику в Армавире. Кстати, одну из первых на Кубани. Сейчас на её площадях размещается швейная фабрика «Кубань».

Конкуренты говорили: Тарасовы поймали жар-птицу за хвост! Дело процветало. Торговый знак Тарасовых завоёвывал всероссийский рынок. 1880 г. ознаменовался рождением товарищества «Торговый дом братьев Тарасовых» [2].

Через пять лет Иван принял решение выделиться из семейного дела. На Кубани уверенно заявляет о себе торговый дом «Иван Тарасов с сыном». Оставшиеся в семейном бизнесе братья акционировали своё предприятие, преобразовав в 1900 г. торговый дом в «Товарищество мануфактур братьев Тарасовых».

Но дело здесь, понятно, не в названиях, а в деловой хватке выходцев из селения Армавир. О них историки купечества писали: «Вначале братья Тарасовы жили весьма скромно, ездили по железной дороге в третьем классе, возили с собой мешки с сухарями из чёрного хлеба, которыми питались дорогою, носили зимой потёртые бараньи шубы. Но потом они разбогатели, и мы увидели их в собольих шубах с бобровыми воротниками».

За десять лет успешной деятельности торгового дома состояние братьев увеличилось до 4-х миллионов рублей золотом. Фирме Тарасовых принадлежали к тому времени торговые филиалы и оптовые склады не только в Армавире и Екатеринодаре, но и в Ставрополе, Астрахани, Симферополе, Ростове-на-Дону. В своём родном городе Тарасовы имели четыре крупных предприятия, торговавших по купеческим свидетельствам 1-го класса: уже известные нам «Товарищество мануфактур братьев Тарасовых» (разные товары), «Иван Тарасов с сыном» (мануфактура), а также «Артемий Маркович Тарасов» (бакалея), «Михаил Афанасьевич Тарасов» (резина). Символом стабильности и процветания стало роскошное трёхэтажное здание, выстроенное купцами в Армавире, где разместилась гостиница «Северная».

Они не замыкаются только на торговле – пробуют силы в нарождавшемся тогда отечественном сервисе, становятся крупными землевладельцами, разводят и реализуют скот [2].

Торговую марку приняли внуки Тороса. Им уже тесно на Северном Кавказе – нужен оперативный простор для дальнейшего расширения дела. Для этого, как минимум, надо покорить торговую столицу Российской империи – Москву. В 1903 г. эта цель достигнута: братья приняты в московское купечество. Естественно, не сдали позиций и в экономике Северного Кавказа [5].

Правление «Товарищества мануфактур братьев Тарасовых» передислоцируется в первопрестольную. К этому времени создан Северо-Кавказский банк. Он субсидировал строительство железной дороги Армавир – Туапсе. Александр Тарасов стал председателем правления этого банка, его брат Михаил возглавил совет, в который вошёл и Георгий Тарасов – сын Гавриила.

Из приведённых выше фактов можно сделать следующие выводы. Рекламная деятельность имела место и в период купечества на Кубани. Доброе имя купца и его слово значили очень многое. Зачастую от них зависел исход сделки. Если данный аспект перенести на современный язык рекламы, в отношениях купцов и покупателей имел место брендинг. Купцы активно занимались рекламой, и это можно увидеть как в самих названиях их мануфактур, так и в названии торговых лавок. Каждый уважающий себя купец имел собственную торговую марку и печать [2].

Реклама присутствовала в жизни человека во все времена его существования – начиная с проторекламы, заканчивая современным периодом. Не могли без неё обойтись и купцы. Сословие это было экономически активным слоем нашего общества, поэтому реклама становилась неотъемлемой частью его жизни и деятельности.


Литература и источники

1. Ученова В.В., Старых Н.В. История рекламы. – СПб.: Питер, 2002.
2. smi.kuban.info
3. Wikipedia.ru
4. Рындзюнский П.Г. Сословно-податная реформа 1775 г. и городское население // Общество и государство феодальной России. – Москва, 1975.
5. Шахова Г.С. «Улицы Краснодара рассказывают…» – ООО «Полиграфист», 2002.

Сборник материалов IX международной научно-практической конференции «Федор Андреевич Щербина, казачество и народы Северного Кавказа: история и современность» (г. Краснодар, 27 февраля 2009 г.). – Краснодар: ИМСИТ,2009.