Коровин Александр Анатольевич – к.и.н., доцент,
профессор РАЕ, зам. директора филиала КубГУ в ст. Отрадной


Февральская революция 1917 г. и последовавшая за ней гражданская война стали историческим событием, наложившим качественный отпечаток на всю новейшую историю нашей страны, определив во многом объективные и субъективные границы современных процессов в России и их историческую форму. Значимую роль в происходивших тогда событиях занимала ситуация во власти, сложившаяся в казачьих регионах Юга России.

В феврале 1917 г. действовавшая столетия монархическая система власти прекратила своё существование. Основной удар разнородных политических сил, принявших участие в революции, был направлен на разрушение самодержавной формы правления и всего того, на что она опиралась. Первые месяцы революции на Дону, Кубано-Черноморье и Тереке характеризовались формированием органов власти Временного правительства, Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, казачьих войсковых правительств. Однако только органы власти казачества формировались на основе уже действующей не одно столетие системы самоуправления войскового сословия (казачества). В изменившейся политической ситуации в стране происходила своеобразная адаптация казачьих регионов к новым реалиям постмонархической России. Наиболее ярко это проявилось в формировании системы казачьего самоуправления, которая учитывала революционную специфику борьбы за власть различных политических сил.

Накануне февральской событий донское, кубанское и терское казачество возглавляли наказные атаманы (М.Н. Граббе, М.П. Бабыч, С.Н. Флейшнер), наделенные правами генерал-губернаторов. В начале марта 1917 г. все они уходят в отставку. В первые дни работы Временное правительство не имело чёткого представления о характере организации власти на казачьих территориях. Но уже во второй половине марта 1917 г. Временное правительство обратилось к казачьим съездам, кругам с просьбой направлять свои предложения по вопросу совершенствования самоуправления казачества и облегчения несения военной службы[1].

Трезво оценивая складывающуюся ситуацию во власти, казачество региона предпринимает решительные шаги по формированию собственных органов управления. С 25 мая по 18 июня 1917 г. в Новочеркасске проходило собрание 1-го Большого войскового круга Войска Донского, на котором был избран атаманом генерал А.М. Каледин [2]. Войсковой круг выбрал курс на концентрацию власти в области в руках казачьего войскового правительства. На съезде уполномоченных от населенных пунктов Кубанской области, проходившем с 19 по 22 апреля 1917 г. в Екатеринодаре был избран областной совет во главе с исполкомом. Казачья часть съезда объявила себя войсковой радой и избрала войсковое правительство, которое возглавил Л.П. Быч, председателем Рады стал Н.С.Рябовол, войсковым атаманом – А.П.Филимонов [3]. В Терской области на начавшем 14 марта 1917 г. работу казачьем круге было принято решение об организации «хозяйственного правления» (6 человек) во главе с М.А. Карауловым, ставшим одновременно и войсковым атаманом [4].

Войсковые правительства с первых же дней своей деятельности стали проводить политику, направленную на защиту интересов казачьего сословия. В условиях политического плюрализма такой курс казачьих органов власти ставил их в оппозицию по отношению к структурам власти Временного правительства и Советов.

Изменения, произошедшие в организации власти войскового сословия, явились логическим завершением, сохранившейся в регионах после Февральской революции, системы казачьего самоуправления. Особый статус казачества в бывшей империи, его самобытная культура, глубокие исторические корни также способствовали созданию высшего органа казачьего самоуправления. Очевидно, что «исполнительные органы» казачества «были созданы на базе прежней войсковой администрации». Именно поэтому они, обладая «реальной властью», стали «наиболее действенными в регионе»[5].

Самоуправление, как явление общественно-политической жизни определенной группы населения, возникает в эпоху, когда государство только зарождается и ещё не способно удовлетворить разносторонние потребности населения. Эти потребности начинают реализовываться самим населением, исключая органы власти государства [6]. Но постепенно, по мере укрепления, государство стремится «оцепить своим направляющим воздействием» все стороны жизни населения. На смену «первобытного государства с самым не сложным правительственным аппаратом» приходит «полицейское государство», в котором нет места «для общественной самодеятельности»[7].

Учитывая сказанное выше, становится понятно, почему казачество имело отличные от остального населения Российской империи институты местной власти. Особая форма самоуправления казачества основывалась на полицейско-бюрократической сущности, действовавшей в стране системы государственного управления. «Жажда свободы и стремление к народоуправству, – считает казачий историк Щербина Ф. А., – были прямым наследием вечевых порядков; уход на сторону с промысловыми целями и образование новых заселений выражали разом и экономические побуждения масс, и осуществление желательных форм жизни в духе народных идеалов. При таком совпадении двойственных условий – политических и экономических, появилось и утвердилось казачество»[8].

У истоков казачьего самоуправления стоит вечевое устройство, которое было «общераспространенным укладом народной жизни у всех славянских народов... и существовало до Рюрика»[9]. «Народное собрание – “вече” в Древней Руси и "рада” у казаков были во многом “сходными органами народоправства”, в основе которых лежит “личная свобода и право на участие в самоуправлении”»[10]. Казачье самоуправление является продолжением вечевого порядка, но только в иных исторических условиях.

Важную роль в деятельности казачьих властей Юга России играли решения общеказачьего съезда, открывшегося в Петрограде 23 марта 1917 г. Инициаторами созыва съезда были депутаты IV Государственной Думы (М.А. Караулов, А.П. Савватаев), а также донцы-казаки, проживавшие в Петрограде[11]. На съезде присутствовало более 300 делегатов, прибывших с фронтов и казачьих областей. Повестка дня съезда содержала следующие вопросы: проведение реформы казачьего самоуправления, обсуждение вопросов о земле, воинской повинности; об отношении к Временному правительству и совету рабочих и солдатских депутатов; о форме государственного устройства. Принятая на съезде программа Союза казачьих войск провозглашала своей целью объединение всех казачьих войск, а также выяснение и защиту их интересов. Съезд образовал временный совет Союза (36 человек) во главе с А.И. Дутовым. Представительства от войск были разные. Так, например, от Кубанского войска в него входило 5 человек [12]. Через два месяца (1июня 1917 г.) временный совет собирает в Петрограде второй общеказачий съезд. В работе съезда участвовало около 600 делегатов. Съезд выступил «за единую и не делимую Россию» и поддержал власть Временного правительства. Делегаты съезда одобрили лозунг Временного правительства войны «до победного конца» и выступили с предложением о широком местном самоуправлении [13]. Совет союза казачьих войск активно сотрудничает с Временным правительством. При Главном штабе была создана межведомственная комиссия, из представителей казачьих войск и совета Союза казачьих войск, на заседаниях которой рассматривались и обсуждались предложения различных казачьих структур по организации казачьего самоуправления[14].

Одним из результатов такого сотрудничества и взаимодействия стало предложение Временного правительства Донской, Кубанской и Терской областям изменить структуру и характер управления, разослав в регионы «Основные тезисы реформы гражданского управления»[15]. В соответствии с тезисами на территориях перечисленных областей предлагалось ввести областные, окружные, станичные (волостные) земские учреждения, состав которых формировался на основе всеобщих и равных выборов (тез. 1-2). Казачья станица объявлялась всесословной единицей. Для решения военных (сословных) вопросов сохранялось станичное управление и станичный суд (тез. 3). Дела общественного хозяйства передавались в руки областных земств вместе с войсковыми капиталами, не предназначенными для военных нужд казаков (тез. 4). Войсковые атаманы, атаманы отделов выполняют только военные функции (тез. 5-6). Порядок назначения атаманов и их управ (штабов) предлагалось оставить без изменений, т. к. он является исключительно казачье-военным вопросом (тез. 7) [16]. Однако предложения Временного правительства по реформе казачьего самоуправления так и останутся предложениями. Так, на Тереке действуют и реализуются Положения об общественном управлении Терского казачьего войска принятые в марте 1917 г. на войсковом круге. Войсковой круг в соответствии с Положением «управлял делами» войска через выбираемое на кругу правление [17]. На уровне станицы высшим органом казачьего самоуправления являлся станичный круг (образовался из мужчин достигших 25 лет и осёдло проживавших в станице), из состава которого выбиралось станичное правление и наблюдательный совет. Станичный атаман и его заместитель избирались на три года. Освободить от должности их мог лишь круг или суд[18].

К лету 1917 г. закончилось организационное оформление Кубанской войсковой Рады. Были созданы комиссии по самоуправлению Кубанского войска, по созданию просветительских учреждений, по реформе областного гражданского управления. 24 сентября 1917 г. открылась 2-я сессия Кубанской войсковой рады под председательством Н.С. Рябовола. Принятая резолюция о текущем моменте считала недействительным решение о провозглашении России республикой, поскольку в ней не предусматривалось федеративного устройства государства. Основным итогом сессии Рады явилось принятие 7 октября «Временных основных положений о высших органах власти в Кубанском крае». Содержание документа и закреплённые в нём решения явились реакцией структур власти Кубани на сложившуюся ситуацию в регионе и в целом по стране. Временное положение отвергало идею сепаратизма из-за её популярности лишь у небольшой части казачества. Однако статья 3 положения указывала на автономию в делах внутренней жизни края, там говорилось: «... в разрешении вопросов местной жизни высшая власть Кубанского края независима и самостоятельна». Высшим органом власти Кубанского края, согласно Временному положению, явилась Кубанская Рада (500-600 человек, 1 депутат от 5 тыс. избирателей), которая на период между сессиями избирала Законодательную Раду (78 человек, 1 депутат от 20 тыс. избирателей), войскового атамана и Кубанское правительство[20].

В Донской области шли похожие процессы, направленные на усиление власти казачества. 1 июля 1917 г. донской атаман Каледин. обратился к Временному правительству с предложением «впредь до введения земских учреждений в Донской области» возложить «все обязанности ныне действующего областного правления» на «выборное войсковое правительство» [21]. А.М. Каледин также просит Временное правительство согласовывать кандидатуру областного комиссара с войсковым правительством[22]. В августе 1917 г. донское казачества озвучило политическую программу, с которой они готовы были участвовать на выборах в Учредительное собрание: Россия единая и не делимая демократическая федеративная республика; Донская область должна войти в состав республики «на правах федерации»[23].

После большевистского захвата власти в Петрограде 26 октября 1917 г. войсковое правительство донского казачества объявило о принятии всей полноты «государственной власти» и непризнании советской власти[24]. Войсковые правительства кубанского и терского казачества также отказались признать большевистскую власть. Однако изменившаяся ситуация во власти в Петрограде вынудила казачество пойти на компромисс в организации власти с иногородним населением. На Дону 12 января 1918 г. было создано совместное правительство из 7 иногородних и 7 казаков [25]. В феврале 1918 г. второй съезд народов Терека потребовал прекращения деятельности войскового круга. Круг принял это предложение и прекратил свою работу, избрав из своего состава временный исполнительный комитет с хозяйственными полномочиями [26]. 2-й общекраевой съезд представителей казаков, иногородних и горцев Кубани в середине декабря 1917 г. избрал новый состав Законодательной рады (45 казаков, 45 иногородних, 8 горцев), а также краевое правительство (5 казаков, 5 иногородних, 1 горец) [27].

Ситуация, сложившая вокруг органов управления Дона, Кубани и Терека в конце 1917 – начале 1918 г. свидетельствует о том, что в сознании населения этих регионов по вопросу об организации власти произошли существенные изменения. Создание объединённых правительств означало коренные и радикальные перемены в процессе формирования органов управления в этих казачьих территориях. Произошел поворот во взглядах лидеров казачества на проблему власти. Сословные противоречия перед лицом общего политического противника – большевизма, отошли на второй план. Часть иногороднего населения, возглавляемая мелкобуржуазными партиями, не принявшая большевистский переворот в Петрограде, пошла на союз с казачеством, согласившись на создание объединённых правительств. Другая часть сделала ставку на советские органы власти. Процесс демократизации не успел развернуться и набрать силу. Реформация общественно-политической, социальной и экономической жизни кубанского общества началась слишком поздно. К концу весны 1918 г. большая часть территории Дона, Кубани и Терека уже не контролировалась объединёнными правительствами. Объединенные правительства не смогли остановить советизацию Юга страны. Система управления, подчинённая объединённым правительствам так и не была создана, её элементы оказались раздавленными набирающими силу советскими структурами управления.

Примечания

1. Трут В.П. Организация высших органов казачьего управления на Дону, Кубани, Тереке после Февральской революции и их работа весной-летом 1917 г. // Исторические этюды. Вып.3. Ростов н/Д., 1998. С.211
2. Сергеев В.Н. Политические партии в южных казачьих областях России1917 – 1920 гг.: В 3-х т. Ростов-н/Д., 1993. Т. 2. С. 21
3. Там же. Т. 1. С. 86 – 87, 89.
4. Трусова Е.М. Местное управление на Дону, Кубани и в Ставрополье в 1917 году. Ростов н/Д.,1999. С. 106; Кизиветтер А. А. Местное самоуправление в России. М., 1910. С.1.
5.Там же. С.2.
6. Щербина Ф. А. История Кубанского казачьего войска: В 2-х т. Краснодар, 1992. Т. 1.С. 421.
7. Там же. Т. 1. С. 426.
8.Там же. С. 428 – 429.
9. Вольный Дон.1917.25 марта.
10. Кириенко Ю. К. Революция и донское казачество. Ростов-на-Дону, 1988.С. 75.
11.Бардиж В.К. Дневник кубанского казака. Петроград, 1917 год. / С пред. и комм. Корсаковой Н.А., Илюхина С.Р. Краснодар, 2008. С.13.
12.Трусова Е.М. Указ.соч. С.106.
13. ГАКК. Ф. Р. – 1259. Оп. 1. Д. 76. Л. 95 –107.
14.Там же.
15.Остапенко П.И. Казачьи властные органы на Тереке в годы гражданской войны // История государства и права. 2004. №4.С.44..
16.Там же.
17.Стремясь показать свое намерение отойти от узкосословного характера действовавшей на Кубани с июля 1917 г. власти, Временные положения вводят новую терминологию. Кубанская область стала называться Кубанским краем, Кубанская войсковая Рада – Кубанской краевой Радой, Кубанское войсковое правительство – Кубанским краевым правительством. 18. ЦДНИКК. Ф. – 1774. Р. Оп. 2. Д. 208. Л. 30 – 40; Временные основные положения о высших органах власти в Кубанском крае. Екатеринодар, 1917.
19.ГАРФ.Ф.1255. Оп. 1. Д. 20. Л.29.
20.ГАРФ.Ф.1788. Оп. 2. Д. 95. Л.87.
21.ГАРФ.Ф.1255. Оп. 1. Д. 51. Л.44.
22.Трусова Е.М. Указ. соч. С.120.
23.Там же. C.121.
24.Остапенко П.И. Указ. соч. С.121.
25. Ростовская речь. 1917. 21, 23, 29 дек
26.Трусова Е. М. Указ. соч. С. 125.
27. Там же.


Источник: Вопросы истории Поурупья. Вып. I. Материалы научной конференции, посвящённой 50-летию открытия и изучения Ильичёвского городища как памятника средневековой археологии и церковной архитектуры / отв. ред. С.Н. Малахов; сост. С.Г. Немченко. Армавир, ст.Отрадная, 2012. – 234 с., илл.