Карта казачьих отделов ККВ
Версия для печати

Опыт создания национальных районов на Кубани в 1920-30 годы

20.11.2013. Количество просмотров: 614

Федина И. М. (г. Краснодар),  кандидат исторических наук,
доцент кафедры сервиса и туризма, 
Кубанский социально-экономический институт

  

Отдельным историческим сюжетом предстают 1920-30 гг., когда правящая партия большевиков и органы советской власти целенаправленно, в рамках новой национальной политики, формируют специальную административно-территориальную единицу – национальный район. В региональной научной литературе исторические вехи и факты социального управления комплементарного национального меньшинства в лице национальных общностей Кубани, несмотря на  наличие исследований – Васильева И.Ю., Ракачева В.Н., Кузнецова Р.Ш. и др. недостаточно изучены и являются предметом настоящей публикации [1].

Прежде всего, отметим, что в начале 1920-х гг., в условиях становления советской власти на Кубани, властные усилия большевиков сосредотачивались в привлечении национальных меньшинств на свою сторону, на создании социальной опоры власти из представителей этнических групп. Отсюда и непосредственный политико-практический интерес к этно-социальной консолидации национальных общностей. В качестве консолидирующих факторов рассматривались владение национальным языком, ликвидация неграмотности и получение образования. Так постепенно происходила привязка этнических сообществ к органам власти, работа с национальными меньшинствами приобретала строгую организованность, административно-территориальную структурированность и во многом основывалась на внутренней потребности этнического сплочения в сложных социально-экономических условиях 1920-30 х гг.

В апреле 1920 г. выходит постановление Кубано-Черноморского областного ревкома, согласно которому все национальности, населяющие Кубанскую область, получили право организации обучения на родном языке. При областном отделе народного образования в 1920 г. сформировали подотдел просвещения национальных меньшинств («Нацмен»), призванный организовать культурно-массовую, просветительскую работу и проводить борьбу с неграмотностью. В структурном отношении Кубано-Черноморский «Нацмен» первоначально включал в себя украинскую, немецко-латышско-эстонскую, армянскую, польскую, греческую, еврейскую, литовскую, чешскую, грузинскую, и азербайджанскую секции [2]. Повседневной работой национальных секций руководили организованные в 1921 г. бюро. Они информировали своих подопечных обо всех текущих событиях, проводили мероприятия среди национальных меньшинств.

Секции и бюро стали центрами национально-культурной самоорганизации, политического просвещения, экономического восстановления и организации быта для национальных меньшинств Кубани. На общих собраниях читались лекции по национальной проблематике, готовили доклады на общественно-политическую тематику, проводили беседы, ставили спектакли, организовывали концерты, показывали кинофильмы. Не забывали и о систематических мероприятиях по улучшению быта этнических групп [3].

Проводимые мероприятия способствовали  определенной этнической консолидации и усилению национального движения. Это позволило перейти к следующему этапу национальной политики, пожалуй, самым масштабным направлением которой стало целенаправленное создание мест компактного проживания национальных меньшинств населения на Кубани. Выделение самостоятельных национальных районов, а именно Армянского, Ванновского, Греческого, Шапсугского, а затем Штейнгартовского, сопровождалось вовлечением бедноты в государственное строительство. К примеру, в состав Шапсугского района были включены 10 шапсугских аулов и два промежуточных русских селения: Карповка, Псыбе, Большое и Малое Псеушхо, 2-й и 3-й Красно-Александровские аулы, Наджиго и Кичмай [4].  В Майкопском округе Северо-Кавказского края 10 марта 1925 г. образован Армянский национальный район в составе Гойтхского, Гунайского, Елисаветпольского, Кубано-Армянского, Режетского и Черниговского сельских советов Хадыженского района Майкопского округа и Садовый сельский совет Горячеключевского района Кубанского округа [5]. Армянский национальный район создали на территории, населённой преимущественно амшенскими армянами, с центром в селе Елисаветпольское. До революции здесь оседали выходцы из Турции: армяне и греки, которые арендовали землю у ейского казачества. В хозяйственном отношении район был сельскохозяйственный, причём основной сферой аграрного производства являлось табаководство. Кроме того, район располагал большими лесными богатствами, поэтому армяне активно занимались лесоразработками. Ввиду низкой плотности населения, составлявшей 9 000 жителей на 111 км2, т.е. 5 человек на 1 км2, и территориальной разбросанности с большим количеством небольших населенных пунктов (54), вовлечение населения в советское строительство оказалось затруднительным [6].

Ванновский (немецкий) национальный район,  сформированный из сел  Кропоткинского и Усть-Лабинского района, располагался на землях  до революции принадлежавшим крупным помещикам и имел, также как и другие, важное сельскохозяйственное назначение [7]. На территории района  в 28.068 дес. располагалось 9 немецких сельсоветов. Кроме того, с 1925г. по 1933 г., существовала концессия «Друзаг». Районный  центр располагался в с. Ванновском (Ванновка). Население составляло 13.517 чел. из которых немцы - 6,045(44,56%), украинцы 4,643 (34%), русские -2,666 (19,8%) и другие национальности 1,29%. [8]. Выделение самостоятельных национальных с/советов становились хорошим жизненным пристанищем переселенцев, и они обустраивали свои  поселения всерьёз и надолго, рассчитывая на благоприятную жизненную траекторию и благополучные социально-экономические перспективы. На фоне медленного  развития коллективных хозяйств (29,9% коллективных хозяйств в 1929 г.) [9], способ ведения которых ничем не отличался от единоличного, населенные пункты заселяемые немцами, отличались своей чистотой и ухоженностью земельных наделов, садов и огородов. Причем в архивных коллекциях фонда Ванновского районного комитета РКП(б) центра документации новейшей истории Краснодарского края имеются документы, отмечавшие шовинистские настроения к немецкому населению: «шовинизм, наблюдавшийся среди украинцев и русских по отношению к немцам возникает на экономической базе, немецкое население в введение сельского хозяйства более активно, большинство обрабатывает землю культурно а, следовательно, материально более обеспечено» [10].     

 Греческий национальный район, в соответствии с постановлением крайисполкома от 27 февраля 1930 года, был создан в Черноморском округе с центром в станице Крымской. В его состав вошли земли Абинского района (Кубанский округ) и часть Крымского района (Черноморский округ), населённые преимущественно греческим населением.

Важной задачей национальной политики в отношении нацменьшинств являлось участие в колхозном строительстве, что было невозможно без разрешения земельного вопроса. За неимением земли, подавляющее количество населения национальных районов батрачили, либо влачили жалкое голодное существование. К примеру, по Горячеключевскому району 75 % армянского населения арендовали землю. В Усть-Лабинском районе 525 армян, большую часть из которых составляли беженцы из Карса, Муша и других городов Турции, работали батраками и грузчиками [11]. Неоднократные обращения о выделении земель на Кубани отложились в коллекциях архивных документов: «Вопрос  о наделении землей ряда крестьянских масс армян, которые эмигрировали из Турции и Закавказья, оставшись без земли, деклассируются, прибегая к торговле и др. промыслам» [12]. Высокий процент батраков отмечался и в других национальных районах, особенно в Ванновском  и  Греческом.

Тем не менее, национальные районы были вовлечены в социально-экономическую модернизацию. Их отличала крайняя бедность населения, низкий культурный уровень хозяйств.  Огромную роль в жизни нацменьшинств занимали и традиционные патриархальные обычаи. В качестве социального резерва национального строительства рассматривалось вовлечение в колхозное строительство женщин из представителей национальных меньшинств. Однако их участие представляло немало трудностей. Особенно среди немецких колоний, женщины которых наотрез отказывались участвовать в каких-либо общественных мероприятиях, и, по традиции, не посещали общественные мероприятия и собрания [13]. Традиционные патриархальные отношения и нормы противодействовали вовлечению девушек в социалистическое строительство. Власти стремились приобщить женщин к идеологической и производственной деятельности. Для них создавались специальные курсы, был даже организован делегатский аппарат из женщин-нацменок.

Выполнение социальной роли делегатки способствовало формированию гендерной роли женщины-нацменки советского типа. Рекомендовалось обратить серьезное внимание на повышение культурного уровня женщин, вовлекая их в ликбезы и уголки при избах-читальнях [14]. В рядах ВЛКСМ рекомендовалось заинтересовать девушек в общественной и идеологической работе, вначале привлекая в кружки, затем в ударные бригады, а через них – уже в организацию ВЛКСМ [15].

Любопытен факт, приведенный в отчете о политических настроениях в Ванновском районе: «Политическое настроение немцев хорошее. Население поголовно было в Красной армии. Церкви можно отбирать безболезненно, крестьянству нужна мука, а не церковь» [16].

Усиление «коренизации»,  сопровождалось, прежде всего, изучением нужд и улучшением обслуживания этих районов, приданием представителям этих народов изначального преимущества при занятии должностей в партийных и государственных учреждениях, установлением существенных льгот при получении образования, в налогообложении, при трудоустройстве и пр.  В качестве административно-аппаратных единиц привлекались представители коренной национальности. 

Кроме специально созданных национальных районов, на территории Кубани целенаправленно формировались и иные места компактного проживания нацменьшинств, которые по существу становились небольшими национальными районами, хотя официально такого административно-правового статуса они не получали. Как и национальные районы, новые  образования формировались с оговоркой «при условии коллективизации». В этой связи показателен пример ассирийцев, переселенных в Черноморский округ. Организованный в Геленджикском районе ассирийский колхоз, объединивший около 30 хозяйств, просуществовал всего год и был распущен [17]. Очевидно, что переселенцы не были готовы участвовать в колхозном строительстве.

Заметную роль в развитии национальных районов  сыграла начавшаяся  сплошная коллективизация. При её проведении была развернута широкая массовая работа по привлечению нацменьшинств в колхозное строительство. Однако пропагандистские мероприятия не принесли успеха. К примеру, только в Ванновском районе в 1929 году заметно оживилось эмиграционное движение немецкого населения [18].

В конце 1930-х гг. термин «национальный район» перестаёт употребляться, но как административно-территориальная такая единица продолжает существовать.

Таким образом, создание национальных районов на Кубани было продиктовано социально-экономической ситуацией в регионе и последствиями этнической миграции. Этнические группы активно шли на контакты с органами советской власти. С другой стороны, сама власть рассматривала национальный район как возможность приобщения национального меньшинства к советскому образу жизни.  Власти стремились путем поднятия культурного, экономического и политического уровня добиться сближения всех национальностей и вовлечь их в социалистическое строительство, а также сформировать из числа представителей национальных меньшинств новых сторонников  советского строя.


Примечания


1. Васильев И. Ю. Некоторые аспекты этнокультурной политики советской власти на Кубани в 1920 - начале 1930-х гг. // Традиционная культура народов Краснодарского края и Северного Кавказа. К 100-летию Л. И. Лаврова. Краснодар, 2009. Кузнецова Р. Ш. Немцы (материалы к изучению западно-европейских колонистов на Кавказе) // Археология и этнография Северного Кавказа. Краснодар, 1998. Тверитинов И. А. Национально-территориальное строительство в Северо-Восточном Причерноморье и на Кубани // Этнографическое обозрение. 1992. № 1. Национально-государственное строительство в Российской Федерации: Северный Кавказ (1917 - 1991). Майкоп, 1993.  Ракачев В. Н., Ракачева Я. В. Народонаселение Кубани в ХХ веке. Историко-демографическое исследование. Т. 1. 1900 - 1920-е гг. Краснодар, 2005.

2. Центр документации новейшей истории Краснодарского края (ЦДНИ КК). Ф. 12. Оп. 1. Д. 54. Л. 9.

3. Там же,

4. Ракачев В.Н, Ракачева Я.В. Народонаселение Кубани в XX веке: историко-демографи­ческое исследование. Краснодар, 2005. Т. 1. 1900-1920 гг. C. 68-70.

5. ЦДНИ КК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 54. Л. 34-35.

6. ЦДНИ КК. Ф. 1415. Оп. 1. Д. 3. Л. 1.              

7. ЦДНИ КК. Ф. 493. Оп. 1. Д. 8. Л. 89.

8. Там же.

9. ЦДНИ КК. Ф. 493. Оп. 1. Д. 8. Л. 8.

10. ЦДНИ КК. Ф. 493. Оп. 1. Д. 8. Л. 89.                  

11. ЦДНИ КК. Ф. 493 Оп. 1. Д. 8. Л. 92.

12.ЦДНИ КК. Ф. 1415. Оп. 1. Д. 8. Л. 33.  

13. ЦДНИ КК. Ф. 493. Оп. 1. Д. 8. Л. 16.

14. ЦДНИ КК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 54. Л. 34-35. 

15. ЦДНИ КК. Ф. 1415. Оп. 1. Д. 8. Л. 20.        

16. ЦДНИ КК. Ф. 493 Оп. 1. Д. 8. Л. 127.

17. Данилова Е.Н. Деятельность Всероссийского союза ассирийцев в 20-30 гг.XX в //Этнографическое обозрение.2005.№2.С.116.

18. ЦДНИ КК. Ф. 493. Оп. 1. Д. 8. Л. 9.

 

Материал опубликован в том виде, как был предоставлен организатором конференции - Научно-исследовательским центром традиционной культуры ГБНТУ «Кубанский казачий хор».
Оставить свои комментарии или задать вопросы авторам докладов Вы можете с 29.11.2013 г. по 29.12.2013 г. по электронной почте slavika1@rambler.ru

 

«Этнокультурное пространство Юга России (XVIII – XXI вв.».  Всероссийская научно-практическая интернет-конференция на официальном сайте Кубанского казачьего войска http://slavakubani.ru/.
Краснодар, ноябрь-декабрь 2013 г.

 

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел: Освоение и управление землями ККВ // История административного деления

Рейтинг@Mail.ru